— Если мы пойдем полтора километров по прямой, то сможем дойти до моего дома, — предлагаю я через паузу. — Долго гулять не могу. Завтра рано вставать.
— Звучит как план, — соглашается Данил. — Ты есть хочешь? Можем зайти куда-нибудь по пути.
— Нет, спасибо. Нас кормят в «Родене». — Я саркастично усмехаюсь. — Один из плюсов этой работы: возможность питаться в ресторане бесплатно. Все как я люблю.
— Видишь? Теперь и ты начинаешь видеть плюсы. А какой у тебя, кстати, график?
— Два дня рабочих, два выходных.
— Значит, послезавтра ты свободна для кинопоказа?
— Это приглашение в кино? — Собственная прямота кажется почти поразительной в свете того, что я обычно легко теряюсь. — Немного завуалированная формулировка.
— Главное, что суть ты поняла. — Данил выжидающе дергает подбородком. — Так что?
— Ты всегда такой настойчивый? — Я щурюсь, в очередной раз копируя его мимику.
— Только когда вижу ту самую самку пингвина, — абсолютно серьезно произносит он.
Как и в прошлый раз сравнение с пингвином заставляет меня рассмеяться. В непосредственном контакте с Данилом оказывается довольно легко принимать его предложения. Сомнения и угрызения совести приходят тогда, когда я остаюсь наедине с собой.
— Ладно, пойдем.
— Что, так легко? — Его губы изгибаются в удивленной полуулыбке. — И даже не придется заманивать тебя Брэдом Питтом?
— Так не уверен в себе, что пришлось звать на помощь на шестидесятилетнего?
Запрокинув голову, Данил громко смеется — точно так, как делает на сцене. Я тоже улыбаюсь. Острить рядом с ним тоже выходит на редкость легко.
Спустя полчаса мы оказываемся во дворе моего дома. Чем ближе подходим к подъезду, тем волнительнее мне становится. Прощание подразумевает контакт глаза в глаза, повышенный градус внимания и прикосновения… А я пока сама не понимаю, в какой форме хочу попрощаться. Можно просто поднять руку, улыбнуться и сказать «пока!», и Данил тогда скорее последует тому же примеру. Но действительно ли я хочу, чтобы все было именно так? Наверное, меня бы устроили короткое объятие и поцелуй в щеку. Так, как он сделал тогда у такси. Да, это было бы идеально.
— Напишешь, как поднимешься, — Глаза Данила неотрывно смотрят в мои. — Спасибо за прогулку.
— Что, даже на экскурсию напрашиваться не будешь? — с осипшим смешком выходит из меня. Надо бы заканчивать с остротами, а то он всерьез решит, что я рассчитываю на продолжение.
— Нет. Пока рано.
— Пока? — повторяю я с иронией.
— Когда знаешь, чего хочешь и веришь в результат, время не имеет большого значения.
Особенные интонации в его голосе заставляют кожу покрыться мурашками. Что бы он ни имел в виду, прозвучало впечатляюще.
— Ты все же очень самоуверенный.
— А ты красивая.
Данил делает шаг ко мне, окуная в облако своего запаха: чистая кожа без примеси туалетной воды, запах стирального порошка и нотка чего-то мужского, отчего екает в груди и теплеет внизу живота.
Я непроизвольно закрываю глаза, когда его дыхание касается ушной раковины, а пальцы отводят прядь волос от лица. Затаиваю дыхание, когда его губы касаются уголка моего рта и задерживаются там на долю секунды.
— Спокойной ночи, — с трудом разлепив рот, бормочу я, не находя в себе сил снова посмотреть ему в глаза. Сердце в груди грохочет так, что и Данил и даже моя глуховатая соседка по лестничной клетке могут запросто его услышать.
— Спокойной ночи, Диана.
Повернувшись, Данил поднимает руку, сигнализируя такси, заехавшему во двор, о своем нахождении. Сама не знаю зачем, я смотрю, как он садится на пассажирское кресло, и лишь после, опомнившись, лезу за ключами в сумку. Дыхание неровное, пальцы немного дрожат.
Ну ты чего? — цыкаю я на себя, прикладывая «таблетку» к подъездному замку. — Мало ли какие цели и результаты наметил для себя Данил. Я пока не готова. И неизвестно, буду ли готова вообще. Может быть, предварительно стоит пару десятков лет быть одной.
— Диана!!!
Ключи, выпущенные из онемевшей руки, со звяканьем валятся на бетон. За спиной слышится шараханье автомобильной двери, агрессивный звук приближающихся шагов.
Господи, — надрывно орут голоса в голове. — Только не сейчас…. Он все видел? Нет-нет, пожалуйста!
— Диана!!! На хера ты глухой-то притворяешься?!
Прежде, чем я успеваю обернуться, ладонь Кости опускается мне на плечо и рывком разворачивает к себе. Его глаза, налитые бешенством оказываются прямо перед моими, дыхание с запахом сигарет горячими волнами бьет в лицо.