Завернувшись в Теин махровый халат, я возвращаюсь в гостиную и подхожу к окну. Там разворачивается обычный день. Люди идут по своим делам: в гости, по магазинам. Их жизнь продолжается, и моя тоже должна.
Задернув тюли, принимаюсь собирать разбросанную одежду. Свое платье, белье с колготками… Под креслом обнаруживаю его футболку. Несколько секунд потаращившись на вышитый логотип, аккуратно складываю и убираю в ящик. Что с ней делать, подумаю позже. Завтра или через месяц.
Заправляю диван, стираю пыль с журнального стола. Привожу пространство в порядок, словно это поможет упорядочить хаос внутри.
Замираю, когда из прихожей доносится шорох поворачиваемого ключа. Внутри по инерции екает, но внутренний голос напоминает: Спокойно. Это Тея вернулась.
Поплотнее запахнув халат, я выхожу ее встречать, на ходу решив, что не буду пока ни о чем рассказывать. Тея умеет не ныть, и я смогу.
— Привет! — стянув с головы вязаную шапку, сестра оглядывает меня с ног до головы. — И что у тебя случилось?
Всего один простой вопрос, и спазмы, скопившиеся под ребрами, выстреливают прямо к глазам. Громко всхлипнув, я зажимаю рукой рот и со всех ног бегу к ней, чтобы с размаху столкнуться телами.
Тея крепко, без слов обнимает меня и гладит по голове. От нее пахнет кофе, свежестью осени и их с Владом квартирой. В любой другой момент я бы спросила, что это значит, но сейчас не в силах.
— Зря я послушалась твоего совета…. — задыхаясь от слез, я комкая воротник ее пальто. — У нас все было, но это ничего не решило. Данил ушел и теперь уже навсегда.
68
Год и два месяца спустя
Протолкнув через порог чемодан, я захожу в квартиру и прикрываю за собой дверь. Тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов, ощущается как благословение. Внутренний шум, накопленный за неделю съемок, рабочей суеты и перелетов, медленно, но верно начинает стихать.
Аккуратно, чтобы не разрушать обретенную идиллию, я раздеваюсь и прохожу на кухню. По привычке приоткрываю окно, набираю воду в чайник, включаю его и опускаюсь на стул.
Забавно, как по-разному одни и те же действия ощущаются спустя полтора года. Помню, какой несчастной я когда-то себя ощущала, сидя здесь. Тишина была злой насмешкой, а уединение — бесконечной мучительной пустотой.
Кто бы мог подумать, что в скором будущем я буду счастлива возвращаться в пустую квартиру, чтобы побыть одной вне людей и шума голосов.
Дзынь!
Тяжело вздохнув, я поворачиваю телефон экраном вверх и обнаруживаю сообщение от Димы Дворецких.
«Красотка, привет! Ты уже в городе? Есть желание прийти на репетицию?:) Если да — маякни. Организую тебе доступ».
Непроизвольно поморщившись от идеи снова куда-то выйти, я быстро печатаю:
«Большое спасибо за приглашение, но я только зашла домой. Хочу отдохнуть и отоспаться к завтрашнему дню»
«Понимаю. Тогда жду тебя на мероприятии. Если получится — приходи пораньше. Выпьем кофе, заодно расскажешь, как съездила»
Я слабо улыбаюсь. Все же Тея права, и интерес Дворецких ко мне не только дружеский. Мы виделись всего-то три раза, чтобы вдруг испытать такую острую тягу к общению.
Отправив Диме «ок», я заливаю чайный пакетик кипятком и задумчиво смотрю, как вода в кружке темнеет. Церемония «Итоги года» назначена завтра на восемь вечера, а до этого нужно успеть объехать шоурумы… Еще надо решить, в чем я появлюсь на мероприятии. Халтурить нельзя: я все же лицо бренда.
Подтянув смартфон, я нахожу в переписку с Дашей Лыгиной и печатаю:
«Даш, ты в чем завтра будешь? Мы же рядом сидим, не хочу пестрить»
«Привет! Я буду в белом. Ты уже вернулась? Я посмотрела твои сторис:)»
«Да, вернулась, — набираю я, не удержавшись от улыбки. Кто бы мог подумать, что основательница популярного бренда косметики и блогер с полуторамиллионной аудиторией будет следить за моими передвижениями в соцсетях. — Хорошо, тогда я пойду в черном».
«Значит будем как инь и ян:) Как думаешь, возьмем номинацию?»
«Не знаю. То, что мы участники — это уже большой успех».
«Ну что за скромница:) Ладно, у «Ателье32» вообще две категории. Что-то да перепадет».
Решив, что на этом диалог можно закончить, я откладываю телефон и возвращаюсь к кружке с чаем. Воцарившееся умиротворение настойчиво рассеивается растущим адреналином. А вдруг и правда получится взять премию?