А вот дальше не всё так благостно и перепроизводство с кризисом уже на пороге. Кольчуги у дружинников есть у всех уже. Нужно ли увеличивать войско? Нет. Их просто будет не прокормить. Тем более, это всё пока были походы на короткие дистанции, а если в Сарай или в Крым идти, или в Прибалтику с псами-рыцарями ратиться, то, как кормить в дороге армию больше чем в пять тысяч человек непонятно. Хотя наоборот — понятно. Это невозможно. Даже если грабить все местные сёла. Село из десятка дворов никак не прокормит пятитысячную армию, даже если там съесть всё вместе с хозяевами.
Не все ещё стрельцы в кольчугах. Ну, вот если только на них сделать и пока хватит. Артиллеристам она не нужна. Им там и без того тяжести ворочать и скорость, то есть, подвижность, имеет первостепенное значение. Хотя и стрельцам не надо делать. С татаровей столько разных кольчуг в том числе и продвинутых пластинчатых сняли, что хватит и на лучников и даже на возчиков. Металл не самый лучший, но и стрелы с мечами у противника не лучше.
Свои мечи. Часть дружинников ещё с венгерскими ходит, вот их перековать на дамаск и довольно. А дальше только на продажу дорогущие фэнтезийные делать и каменьями украшенные. Массово тоже делать нельзя, опять всё тоже, зачем вооружать хорошим оружием вероятного противника.
Щиты вообще не пострадали. Дружинники в основном добивали бегущих, никто с ними не рубился. Так что щиты и копья в целом после битвы финальной хозяева все собрали в целости.
Можно сделать небольшой запас и придётся перепрофилировать мастеров. И к чему их привлечь? Петли дверные делать? Вопрос. Плуги с косами? Ну, вот с косами и серпами и в самом деле правильная мысль. Всё руки не доходили, а теперь пора заняться. Ну, и с лопатами. Это и в самом деле для армии вещь необходимая. В обеих битвах помогли естественные препятствия в Мукачево русло старицы, под Житомелем овраг, что приток Тетерева прорыл. В следующий раз может так не повезти. И тогда ров нужно копать. Ага и земля будет твёрдой. Значит ещё и кирка. Ну, вот и нет кризиса. Есть опять куда стремиться.
Событие восьмое
Природные алюмосиликаты являются наиболее распространёнными минералами, на их долю приходится до 50 % массы земной коры. К ним относятся полевые шпаты (альбит, ортоклаз, анортит), глинистые минералы и слюды.
По дороге домой Луцка было не миновать, тем более что туда уже две недели как отправили в сопровождении десятка дружинников тело зятя Андрея Юрьевича Димитрия — князя Луцкого и Любарского. Похоронить уже естественно похоронили, но теперь дочь — Евфимия осталась одна с полугодовалым внуком Иваном. При этом девчонке — княгине всего шестнадцать с хвостиком. Только летом будет семнадцать лет.
Любила она там мужа или нет, теперь уже не интересно даже. Главное, что оставлять её одну с грудным внуком в Луцке нельзя. Можно и дочери, и внука лишиться. Пусть живёт пока во Владимире. Во! Там молодая жена Анна есть, они почти ровесницы, Анька младше на три года. Вместе веселей будет. А внука он сам в духе патриотизма воспитает. Хоть наследник будет. Неизвестно же будут ли у них с Анной дети и будут ли среди них мальчики. А тут страховка. Если же дети появятся, то ничего страшного, подрастёт и получит назад Луцкое княжество. А пока там тиун поуправляет. Владения не велики, два города, да два десятка селищ.
Однако в горнице у Ефимии в день, когда уже собирались выезжать во Владимир, произошло событие, которое круто поменяло не только судьбу дочери, но и судьбу Русского королевства, а возможно и всей Европы. А чего уж, судьбу всего мира.
Он зашёл поторопить Ефимию со сборами, время за полудень, а она всё собраться не может.
— Можно же потом за вещами ещё слуг послать, — зашёл в горницу Андрей Юрьевич поторопить дочь и напугал при этом горничную девку, которая тараканила ему навстречу небольшой сундучок.
— Ай, — девица, не заметив вошедшего князя, шла и говорила что-то хозяйке, весело заливаясь, столкнулась с Андреем Юрьевичем и выронила сундучок.
Бах. Дерево раскололось, ударившись о каменный пол, крышка сундучка отлетела и на пол высыпалось всё содержимое.
— Смотри, разиня! — прикрикнула на горничную дочурка и склонилась собирать упавшее.
Происходило это прямо у ног профессора Виноградова, и он наклонился помочь собрать безделушки или точнее вполне себе драгоценности. Не золото — серебро, хотя серебро и было. А так бусы из камня и стекла, гребень из черепахи, колты серебряные, камешки какие-то. Андрей Юрьевич гребанул своей огромной мозолистой пятернёй часть этого добра и хотел высыпать в сундучок, но тут взгляд его остановился на ручном браслете из бело-дымчатого минерала с чёрными прожилками.