Выбрать главу

- Только не говори, что наш кримплен имеет всемирно-историческое значение. Это у тебя от тридцатых. Отсталые элементы не хотели замечать достижений. В тридцать седьмом тебе было двадцать лет... Ты помнишь тридцать седьмой?

- Я помню тридцать восьмой.

- Все равно. Сейчас отсталых элементов нет. Теперь достижения во всем. Жить надо в настоящем времени. Если человек долго живет в другом времени, он теряет свое.

...Одинокое окно эконома долго горело на бледном фасаде, освещенном газосветными трубками фонарей, и рыжая луна, уходящая за кромку леса над куполами Троицкой церкви, была похожа на это окно. Завершалась неделя, и Виктор еще не знал, что принесет ему следующий день.

29. Маски сброшены.

- Вас не подвезти?

Корин стоял у знакомого бело-голубого "Циклона", затормозившего на углу Почтовой.

- Да я вообще в гастроном иду... Я зачем-то понадобился?

- Скорее мы вам понадобились. Вы ничего не хотели бы нам сказать?

Прозрачное, светло-голубое небо чашей висело над Бежицей. Хриплый гудок маневрового донесся со станции. Пахло дровяным дымком и где-то в соседнем дворе слышались крики ребятни: "- Вада! - Нет, не вада!"

Внезапно Виктор почувствовал, что он смертельно устал от ожидания непонятно чего. Так бывает, когда до зарезу надо сделать какую-то работу, и после длительных попыток начинаешь понимать, что от тебя совершенно ничего не зависит.

- Да, конечно. Если ко мне есть какие-то вопросы, можно меня просто вызывать и спросить, а не присылать Вочинникова с какими-то неопределенными намеками? Чтобы можно было отвечать просто существительными и глаголами - он встретился, она сказала, он передал?

Корин потупил голову в некотором раздумье. Было слышно, как урчит мотор "Циклона".

- Вочинников больше не будет вас беспокоить, - неторопливо произнес Корин, и после некоторой паузы добавил, - он арестован.

- Надеюсь, не из-за меня?

- Из-за вас. Ему предъявлено обвинение в шпионаже. Взяли с поличным, во время сеанса радиосвязи, когда он запрашивал у своих зарубежных хозяев разрешения ликвидировать вас.

- Поздравляю. Значит, это и был тот самый? И теперь... ну, это... все ясно?

- Да как вам сказать... Кстати, я вас не сильно напугал?

- Я уже морально подготовился.

- Ну, это хорошо. Тогда я познакомлю вас с одним хорошим человеком, который нам всем очень помог.

Он махнул рукой. Дверь "Циклона" хлопнула. К ним подошел молодой жизнерадостный брюнет в бежевом двубортном полупальто и шарфике в крупную шотландскую клетку. Очень знакомая одежда...

- Простите, это случайно не вы были на кафедре с этим... - Виктор повел рукой у своего подбородка. - Товарищ Григян?

- Позвольте представить, - произнес Корин. - Тофик Гасанович Дадашев, артист Москонцерта. Поскольку он уже выступал на публике, пришлось прибегнуть к небольшому маскараду.

- Вы? Тот самый знаменитый Тофик Дадашев?

Тофик Гасанович смутился и даже немного покраснел.

- Виктор Сергеевич, вы так говорите, будто я сам Вольф Мессинг. Я только год работаю.

- Ну, вы явно покрепче Мессинга... Так это, как его... вы теперь все знаете?

- Ничего мы не знаем, - сердито ответил Коорин. - Давайте сядем в машину, там не так холодно.

- Давайте по порядку, - начал Корин, устраиваясь на диване из винилискожи. - Благодаря товарищу Дадашева мы установили следующее. Во-первых, вы, Виктор Сергеевич Еремин, всерьез думаете, что вы из будущего, причем другого будущего, и вообще путешествовали по разным временам нашей истории. При этом вы абсолютно разумно полагаете, что с такими мыслями вас могут принять за сумасшедшего, и стараетесь вжиться в реальность. Но этого мало. Господин Вочинников, матерый агент ЦРУ, тоже абсолютно убежден, что вы явились к нам из будущего. В этом его убедил ликвидированный им агент, который сообщил о похищенном у вас радиотелефоне со встроенной микро-ЭВМ и принадлежностях к нему и каких-то непонятных деньгах "Банка России". По словам Вочинникова, агент ликвидировал гражданина Бородкова, который произвел кражу из камеры хранения. Сам агент проник в вашу квартиру и обнаружил в подоконнике тайник с принадлежностями к телефону. Практически сразу нашел. Есть такой местный обычай - класть монеты под подоконник.