"Су-уки!!!" - мысленно заорал Виктор. "Это американцы все и подстроили! У них был попаданец! Они замочили Трумена и подбросили НКВД липу! Обреченного шпиона, дискредитировать попаданцев! Не-на-ви-жу-у!!!"
Но вслух он этого не сказал. Попаданец не должен терять лицо в таких ситуациях.
Он мысленно досчитал до пяти и произнес совсем другое.
- Чем я могу помочь в поимке шпиона? Меня, понимаете, мучает то, что Анжелика могла погибнуть из-за меня. А ведь могла стать на путь исправления, если бы вовремя. И не пропал бы человек.
- Ничего самостоятельно не предпринимайте. Можете больше испортить. Да, постарайтесь не особенно удивляться разным неожиданностям, если они не грозят вам явными неприятностями.
- Мне ждать неприятностей?
- Честным советским гражданам беспокоиться не об чем, - уклончиво ответил Корин. - Хотя... Никуда на прогулки не собираетесь в позднее время? Проблемы с подростковым хулиганством, на Коммунальной за Металлургов ночью избили двух парней.
- Кладбищенские?
- Да. Уже слышали?
- Я в ночь с четырех на стенде дежурю, - уклонился Виктор от ответа.
- Обычно такое с семи до одиннадцати. Да и на Крахтовку дружинников с завода нагнали. Побили за "лабиринтом" на частном секторе, где не патрулируют...
Вернувшись на место, Виктор почувствовал, что обстановка в зале стала как-то более непринужденной. Коллектив решил, что если Виктор связан с пышным ампирным зданием на тихой улице, то уж точно не для того, чтобы брать на карандаш кто что болтает. Малюжный, атакованный в отсутствие Виктора все тем же молодежным коллективом, успел загореться идеей развития "Элькасет" до восьми дорожек, идеей, которую он сам же и выдал.
- Понимаете, - с жаром объяснял он Пагаве, - мы делим пополам каждый сердечник, как у Филипса, и получаем вдвое большее время записи...
В конце концов гостя из Киева увел к себе начальник отдела; похоже, что Сдолбунов решил для верности закрепить результаты разведки боем обедом в неофициальной обстановке. Разговоры незаметно сползли на политику: только в России можно одновременно чертить деталировки и обсуждать мировые проблемы.
После обеда Сдолбунов привел в сектор показать народу молоденькую - похоже, что только со студенческой скамьи - круглолицую девушку в темном платье.
- Это товарищ Ситковская Тамара Андреевна, - произнес Сдолбунов и вздохнул. - Новый сотрудник отдела кадров.
Коллектив посмотрел на Ситковскую с сожалением. Та замялась, и обвела взглядом сектор, остановившись глазами на Викторе.
- Да, прошу прощения, - она обернулась к Сдолбунову, - тут как раз...
Она подошла к Виктору, что-то вытаскивая из черной папки на "молнии".
- Вы товарищ Еремин? Только что из милиции приходили... Ваш паспорт нашли, вот.
И она протянула Виктору новенькую книжечку в зеленой, не потертой обложке.
8. Под своим именем.
- Как нашли? - растерянно спросил Виктор.
"Зеленый - точно не мой. Провокация? Проверить, как отреагирую? Или это ЦРУ подкинуло? Не могли они так быстро сделать фальшивый паспорт... если заранее не готовили, конечно, но тогда почему не в эконом подкинуть?"
- Граждане нашли, или воры подбросили, - пожала плечами Тамара Андреевна. - Если бы еще трудовую книжку и диплом принесли...
Виктор раскрыл документ. Паспорт оказался знакомого сталинского образца, по виду совсем новый, бессрочный, выданный гражданину Еремину Виктору Сергеевичу, 1917 года рождения, русскому, служащему, невоеннообязанному. Выдан ОВД Бежицкого района 22 октября 1968 года, на основании паспорта, выданного в пятьдесят третьем году. Прописка была проставлена уже в экономе, а вписанные лица отсутствовали.