Я отодвинула шторы и медленно закурила. Иногда мне казалось, что курево это не способ отвлечься, не способ расслабиться. Это романтизация, которая стала слишком навязчивой. Иногда я пыталась бросить, но все безрезультатно. Я задумывалась о том, если бы я жила с родителями и они бы осуждали курение подростков, мне бы легче было бросить. Потому что курить в квартире было бы слишком опасно, да и слишком муторно. Мне приходила в голову идея о том, чтобы пожить некоторое время у родителей. Но я понимала, что это не особо изменит положение дел.
У меня было еще полтора часа перед тем, как поехать в театр. Спектакль начинался в семь, а я еще хотела поужинать. Благо, в холодильнике остался куриный суп. Я неторопливо докурила сигарету, разделась и пошла в душ.
В гостиной было тепло, потому что по дороге в ванную я включила камин. Но все равно поежившись, подошла к телефону, стоявший на зарядке. И вовремя, на дисплее светился вызов от мамы.
— Да, мама? У меня все хорошо. Сегодня собираюсь в театр с Никой.
— А почему не с Андреем? — На другом конце трубки я услышала, как мама старалась сдержать смех, но короткий смешок из ее уст все-таки вырвался.
— Потому что, он меня никуда не приглашает, товарищ Борисова. — ответила ей в тон я и даже чуть более язвительно. — Если бы меня куда-то пригласили, я бы об этом обязательно рассказала.
— Ну тогда ладно, напишешь, когда домой придешь.
Кто-то настойчиво зазвонил в дверь.
— Я вроде никого не ждала, — задумчиво пробормотала я и направилась в прихожую. Я распахнула дверь и окаменела. — Что…
И замерла.
На пороге стоял Андрей в черном пальто, а под ним костюм-тройка. И с цветами в руке. Вывернутыми розами нежно бирюзового цвета.
Я раскрыла глаза в изумлении, а он отсутствующе отвернулся, предоставив мне самого себя для оценки. Но я знала, что он сделал это специально. Хитрюга.
Андрей и сам знал, что выглядел просто прекрасно. На его подтянутом теле этот костюм-тройка сидел безупречно. Будто выходец из какого-то фанфика или манхвы, где главный герой красавчик, который пытается завоевать главную героиню, везде сующую свой нос отличницу.
И в этой одежде, как я отметила, он выглядел гораздо сексуальнее, чем во всей остальной одежде. Он решил «взять меня» харизмой. И честно сказать, ему что прекрасно удалось.
Внутри меня все перевернулось. Он смотрелся в нем без преувеличения шикарно. Но волосы, которые он и так постарался прибрать гелем, все равно торчали в разные стороны. Неизменная классика Андрея.
— Мам, я тебе попозже перезвоню, а то тут ко мне Андрей пришел…
И, не дослушав мамины слова в трубке, я сбросила.
— Я удостоился чести сходить с Вами в театр, мадмуазель. — Он учтиво наклонил голову и со смущенной улыбкой протянул мне цветы.
Я стояла как вкопанная, не понимая, что происходит.
— А как же Ника? — с трудом выдавила я.
— Она написала мне, что у нее что-то произошло, поэтому не сможет.
Он пожал плечами и отрешенно посмотрел в окно на площадке. Но я заметила, что он был более, чем доволен.
Несколько часов назад.
Андрей.
Я медленно ехал по трассе домой. 120 км/ч позволяли полностью сосредоточиться на обгоне медленных машин впереди и отвлечься от мельтешащих, как и он сам в этой машине, мыслей.
Дома находиться не хотелось, но другого выбора не было. Матери наверняка опять не было дома, а отец сегодня задерживается на работе. Никто друг с другом не разговаривает. Единственной отрадой для меня в последнее время было проведение свободного времени с Катей. Я стал забирать ее по вечерам, или сразу после школы в кино, парки аттракционов или просто на прогулки по городу. Или к Еве.
Родители все чаще и чаще начинали ругаться, и им было плевать на ребенка. Я же натерпелся этого в детстве, поэтому хотел хоть кого-то спасти от этих криков, плача и постоянной пугани. Мне в какой-то момент это надоело. Будто спусковой крючок был спущен где-то в голове.
Но и Катя сегодня осталась к своей подруги. Ее мама написала мне, заверив, что все будет хорошо и она будет держать его в курсе.
Остановившись у светофора, я взял телефон и нашел диалог с Кешей.
Андрей: Какие планы?
Кеша: да никаких. У меня выходной, хотел к Нике поехать, но они собрались с Евой в театр.
Брови непроизвольно взлетели. Она мне ничего не говорила.
Да она и не обязана говорить, мысленно одернул себя я.
Я хотел предложить Кеше встретиться, но в последний момент у меня возникла идея.