(172, 1) «Будучи же судимы Господом, — говорит апостол, — наказываемся для нашего воспитания, чтобы не быть осужденными с миром». (1Кор. 11:32.) (2) И еще ранее пророк сказал: «Наставляя, наставил меня Господь, смерти же меня не предал». (Пс. 117:18.) «Ибо для научения тебя праведности наставлял он тебя, — говорит Писание, — и испытывал тебя, томил тебя голодом и сделал жаждущим в пустыне, дабы ты познал в сердце твоем оправдания и суды его, которые ныне я заповедую вам; и дабы узнал ты в сердце своем, что, как наставляет человек сына своего, так наставит тебя Господь Бог наш».174 (3) А о том, что наказание вразумляет нас, Писание говорит так: «Коварный, видя, сколь крепко наказывают негодного, и сам получает хороший урок» (Притч. 22:3.), ибо «страх Господень есть род премудрости» (Притч. 22:4.).
(173, 1) Величайшее и совершеннейшее благодеяние совершает тот, кто отклонит кого-нибудь от порока и направит его на правый путь к доброй жизни. Именно это и делает закон. (2) Отсюда следует, что если кто взят, например, за преступную страсть к наживе и неисправимо погряз во всяческой неправде, то палач, казня его, делает ему благо. (3) Но если закон может обратить к праведности людей неправедных, если они конечно пожелают слушаться его, то он нацелен на благо. Ведь он освобождает от тех зол, которые их окружают. (4) А избравшим жизнь правую и воздержную он обещает отплатить бессмертием. «Разуметь же закон есть дело благого размышления». (Притч. 9:10.) И снова: «Люди злые не разумеют закона, ищущие же Господа сведущи во всяком благе». (Притч. 28:5.)
(5) Провидение, которое всем правит, является одновременно царственным и благим. Этим определяются два пути спасения: будучи царственным, Провидение исправляет нас наказаниями; оказывая же благодеяния, оно свидетельствует о своем милосердии. (6) Не следует поэтому оставаться «сыном неверия» (Еф. 2:2.), но надлежит «из мрака перейти к жизни»175, приклонить ухо свое голосу мудрости и сперва, из страха перед законом, стать рабами Бога, затем, из страха оскорбить Господа, верными его слугами, и наконец, поднявшись еще выше, быть причисленными к числу сынов Божиих. Когда же «любовь покроет множество грехов»176, исполнение благого намерения ожидает всякого, заслужившего права быть причисленным к избранным детям, именуемым друзьями Бога. Именно они растут своей любовью и поют гимн: «Господь да будет мне Богом».177
(174, 1) В своем Послании к евреям апостол изображает благодеяния закона в таких выражениях: «Вот ты называешься иудеем и успокаиваешь себя законом, и хвалишься Богом, и знаешь волю Бога, и разумеешь лучшее, научаясь из закона; и уверен в себе, что ты путеводитель слепых, свет для находящихся во тьме, наставник невежд, учитель младенцев, имеющий в законе образец ведения и истины». (Рим. 2:17—20) (2) Он признает, следовательно, что закон сам по себе учит исполнению всего этого даже тех, которые не подчиняют свою жизнь его правилам, хотя и хвалятся, что они живут по закону. «Но блажен человек, который обрел мудрость, и смертный, который узнал разумение» (Притч. 3:13.); ибо «из уст ее — то есть, премудрости — исходит справедливость, закон же и милость на языке носит». (Притч. 3:16.)
(3) Закон и Евангелие — это дело одного и того же Господа, который есть «Божия сила и Премудрость».178 И страх, порожденный законом, есть благодеяние, обращающее к спасению. «Милосердие и вера и истина пусть не покидают тебя; обвяжи их вокруг твоей шеи». (Притч. 3:3.) (175, 1) Подобно Павлу, пророчество стыдит иудеев за то, что они не разумеют закона: «Разрушение и пагуба на путях их, и пути мира они не познали». (Ис. 59:7—8; Рим. 3:16—17) «Нет страха Божия пред глазами их».179 (2) «Называя себя мудрыми, обезумели». (Рим. 1:22.) Мы знаем, что закон добр, если кто законно употребляет его180; «желающие же быть законоучителями не разумеют, — говорит апостол, — ни того, о чем говорят, ни того, что утверждают».181 «Цель же увещания есть любовь от чистого сердца, и доброй совести, и нелицемерной веры».182