Выбрать главу

– Этот тип не представился, но вроде похож…

– С ним была девушка? Брюнетка, – спрашивала Мэлори, вглядываясь в темноту, которая практически полностью скрывала Фалька.

– Да! Он увёл бедняжку. Час назад.

– Что? – всполошилась Мэл. За час можно сделать с человеком что угодно: расчленить и сварить на обед, к примеру.

В её голове крутились страшные мысли, как вышедшая из строя карусель. К горлу подступила тошнота. Хотелось выключить мозг, чтобы не думать о худшем, но не получалось.

– Что вы тут сидите?! Почему ничего не делаете? – Мэл пыталась расшевелить Фалька, который явно не собирался никого спасать.

И только оправдывался:

– Но мы заперты.

«А поднять свой зад и выломать дверь?!» – едва не крикнула гордячка. Но предпочла приберечь злость для побега.

– Может, вы попробуете? – посмел предложить именинник.

После этих слов у Мэлори едва глаза из орбит не выкатились и не растерялись во мраке. С таким «благородством» ей ещё не доводилось сталкиваться.

Без лишних уговоров она встала, разбежалась и со всей силы врезалась в дверь плечом, которое едва не треснуло и заныло от боли. Дверь же осталась на месте. А ломать остальные части тела как-то не хотелось.

– Может, вы попробуете отодвинуть её, как сместили мою машину... тогда на дороге? – снова предложил Фальк.

«Считает меня суперженщиной? – нахмурилась Мэл, потирая ушибленное плечо. – Ещё недавно уверял детектива, что сам свернул с дороги. Так, значит, его смахнула я? Может, мне и этот сарай одной рукой поднять?! А во второй – понести несчастного Фалька?!»

Горе-советчик сидел в углу тише мыши.

– Я не могу ничего сместить, и вашу машину я не трогала! – закричала Мэлори. И уже хотела обвинить во всём ветер, очень сильный ветер. Но не стала этого делать. – Вы же сами свернули вправо.

– Я вас понял, не тревожьтесь так, я просто предложил. – Инженер выставил вперёд руки, будто защищался от нервной собеседницы.

– Да я спокойна! – заорала она, смахнув с кончика носа холодные капли дождя. Ливень снаружи только усилился. – Я вам не универсальный солдат с лазерными пушками вместо глаз!

Мэлори посветила смарт-браслетом наверх, прикинув расстояние от пола до потолка. И тут ей пришла в голову идея:

– Может, вылезем через крышу?

Старая черепица и так осыпалась, потому проделать в кровле пару новых дыр, казалось, не составило бы труда.

– Вы с ума сошли? Вы же себе ноги переломаете, – не одобрил эту затею Фальк.

– Если боитесь, оставайтесь здесь! Я пойду одна и вызову помощь, – фыркнула Мэлори.

«Забейтесь в угол и сидите, пока Рейн и за вами не придёт и не отведёт вас на часок-другой в опочивальню», – хотела добавить она, но сдержалась, чтобы не потерять единственного горе-помощника. Лишь приказала ему:

– Подсадите меня! Ну же!

– Вы с ума сошли, – причитал тот.

Лениво поднялся с места, словно прирос к пыльной стене. Затем помог Мэлори забраться себе на плечи. Даже не пожаловался в этот раз, наверно, испугался, что девчонка врежет ему обломком доски, который прихватила с собой. Но Мэлори принялась ковырять черепицу. И та осколками осыпалась на мокрый пол.

– Получается? – прокряхтел снизу Фальк.

– Почти, – Мэлори проделала в крыше большую дыру, откуда заструился ливень.

Промокшая насквозь, она дрожала всем телом. Холод сделал её неповоротливой, спутывал мысли. А ноги вдавливались в плечи инженера. И только это давало зыбкое чувство опоры.

До боли Мэл вцепилась в шершавую скользкую от влаги черепицу, пытаясь взобраться наверх. Вылезла ровно наполовину, даже освободила плечи Фалька от нагрузки. Хотя с трудом шевелила замерзающими конечностями. Те отказывались слушаться, будто желали вернуть хозяйку в тёплый угол сарая.

– Почти, – повторила Мэлори, когда жёсткие руки потянули её вниз.

– Что вы делаете, Фальк? – всполошилась она, едва не врезавшись лицом в крышу.

И начала стремительно скатываться. Дождь стекал по её щекам, точно слёзы.

Мэл цеплялась ногтями за черепицу. Два из них сломалось. Остальные со скрежетом царапали крышу. Этот разъедающий уши звук сливался с барабанной дробью дождя, что хлестал яростней прежнего. Адская мелодия сводила с ума. А капли будто повторяли: «Падай, падай!