– Ты же сын Лэнделла? – Дауман смерила парня сальным взглядом. – Кристоф?
– Кит.
– У тебя есть девушка, Кит? – спросила вдовушка таким тоном, будто предлагала лишить его невинности.
Впрочем, будь старая дура лет на пятнадцать моложе, Хармон бы сам на неё взобрался, чтобы набраться опыта.
– Да, – соврал он. Не хотел признаваться, что девчонка бросила его по смс из-за Катлина.
– С каких пор? – игриво спросила Дауман.
«Похоже, у вас давненько не было секса, – Кит едва сдержался, чтобы не захохотать во весь голос. – Ещё бы, ведь ваши ровесники либо уже умерли, либо рискуют умереть в процессе соития».
– Проводишь меня в кабинет отца, красавчик? Мне нужно кое-что забрать.
– Проходите.
Кит провёл гостью в святая святых дома, куда папаша обычно никого не пускал.
Сынок уже хотел ускользнуть прочь, но жилистые руки Дауман потянули его в кабинет.
– А это что? – Дамочка указала длинным пальцем на статуэтки, украшающие письменный стол. Длинноногие широкоплечие фигуры с вытянутыми черепами всегда привлекали внимание людей. Одну, с округлостями на груди, любопытная повертела в руках и, обозвав дичью, поставила обратно.
Кит заметил, что штуковина стояла на полсантиметра левее, но не стал ничего менять – пусть папаша увидит и разозлиться. Такая маленькая месть за Катлин.
– Хочешь, покажу кое-что? – Вдовушка выставила вперёд дряблое декольте.
Кит сразу же понял намёк и утвердительно кивнул. Шаловливые пальцы вмиг забрались ему в штаны. И надо отметить, в оральных ласках эта женщина разбиралась не хуже, чем в бизнесе. От удовольствия Кит даже откинулся назад, опираясь ладонями о стол.
«Моя мать такого же возраста была бы, если бы не умерла», – юную голову посетила странная мысль. А голубые глаза уставились на Дауман, но видели лишь осуждающее лицо матери.
Кит в ужасе попытался отстраниться, перевернув пепельницу, что попалась под руку. И потерял брюки, которые тут же сползли до пят. А сверху нависла вдовушка, оголив обвисшую грудь.
– Нам не стоит. – Хармон отмахивался ладонью, почерневшей от пепла, будто защищался.
– Я не скажу твоему папочке, – лукаво улыбалась Дауман.
Но Кит видел лишь укоряющий взгляд мамы, который молчаливо кричал: «Ах ты мерзкое ничтожество!»
– Да кто ты такая, чтобы судить меня? Сама сбежала с любовником, – сердито прошипел Хармон. И оттолкнул распутницу. – Хватит!
Но сделал это весьма грубо и невежливо. Совсем не так полагалось обращаться с женщинами, особенно с теми, кто только что доставил тебе удовольствие. Впрочем, тогда было не до манер и приличия.
В ярости Хармон скинул содержимое стола на пол, наспех натянул брюки и побежал прочь. Выскочил из кабинета так быстро, что едва не снёс дверь. Однако не мог справить с гневом и стыдом. Эта гремучая смесь бурлила, готовая загореться от малейшей искры. И загорелась, когда Дауман вдогонку обронила:
– Твой отросточек ещё не дорос для взрослых игр.
И засмеялась.
«Ещё как дорос! – возразил про себя Кит. – Это твоя «старушка» поросла мхом. Хорошо ещё, что мне не пришлось лицезреть эту гадость!»
Однако он был очень даже не прочь согрешить с кем-то посвежее.
Кит выждал, пока незваная гостья уйдёт, вернулся в кабинет отца и устранил беспорядок, который учинил там.
Затем развалился в отцовском кресле и несколько минут просто сидел с закрытыми глазами. Пока из ящика стола не раздался протяжный звуковой сигнал. Кит заглянул внутрь и достал отцовский тачбук. Из любопытства пролистал найденную там переписку. Ничего интересного, но от скуки сойдёт.
«Некий Джетт Пиррос, да неважно, – болтал сам с собой Кит, – просит денег. Знал бы он, какой отец скупердяй, то не тратил бы зря время. Скорее золото посыплется прямо с небес вместе с проливным дождём, чем Лэнделл Хармон даст кому-то в долг».
Кит уже хотел закрыть сообщение, когда увидел знакомое имя в следующей строке.
«Моей Мэлори на обучение, – голубые глаза распахнулись от удивления. – Мэлори? Я знаю только одну девчонку с таким дурацким именем. Соседство с ней было сущим адом. Неужели это она? И сколько ей сейчас? Шестнадцать? Должно быть, и грудь уже отрастила. Ну а мне какая разница? – Кит положил руки за голову и довольно откинулся на кресле.
А потом перевёл взгляд на фразу: «Её отец Ник Сколофф был вашим партнёром». И со злостью выдохнул.