Эти соображения еще лихорадочно перемешивались в моей голове, пока я рывками надевал брюки. А в следующее мгновение дом потряс взрыв…
Глава 5
Таня
Это был какой-то непрекращающийся кошмар. Торг в духе «Хижины дяди Тома», угрозы нового хозяина, клеймо на руке… Тьфу, какие все мерзкие слова! Потом обещание сделать со мной что-то ужасное, если убегу. И еще что-то и еще. А может, Тариус врет? Нет, ну что за извращенный мир! А с виду вполне приличный.
— Проходи сюда, милая, — ласково сказала старушка, вталкивая меня в богато обставленную спальню.
Я с тоской оглянулась на роскошные гардины, расшитые цветами, на огромную кровать. Она вызывала во мне особый ужас — это на ней меня Тариус собирается… боже, да я даже произнести это не могу, не то что подумать.
Пока оглядывала свою золотую клетку и ежилась от холода в плаще, старушка зажгла канделябры, поворошила поленья в очаге.
— Ничего, голубка, скоро станет тепло. Знала бы я, так протопила бы комнату заранее. Ничего, согреешься. А то, может, и его сиятельство тебе согреться поможет.
Я даже заледенела от такого намека. Ну нет, живой не сдамся!
— Какую красоточку его сиятельство купил! — снова зацокала старушка, и меня передернуло.
— Это вообще нормально, что вы говорите о живом человеке? — возмутилась я.
— А что тут такого? — удивилась старушка. — И лошадей продают, и собак. На каждого своя цена имеется. Матушка покойная Тариуса вон тоже из другого мира была. Ее муж задорого купил. Бился до последнего, уж больно по душе ему пришлась. Даже часть земли пришлось продать, чтобы долг выплатить. Любил жуть как! Правда, это пока она молодая да здоровая была. Ох-хо-хо!
Старушка, продолжая причитать, стала взбивать перину и подушки. Я робко присела в кресло. Да уж, перспектива грустная. Надежд никаких.
— А что ты приуныла? — снова заговорила старушка. — У тебя все хорошо будет. Вон как на тебя его сиятельство смотрел.
— Как? — равнодушно спросила я.
— Как-как! Как кот на сметану! И ты поласковей будь. Умная жена из мужа веревки вить будет! Подольстись к нему, улыбнись понежней, посговорчивей будь. А он тебя драгоценностями осыплет, в бархат и шелка рядить будет. Ты не сомневайся! У Тариуса золотое сердце. Уж я-то знаю. С рождения с ним нянчилась. Так что он тебе хорошим мужем будет.
Я только кивала, горько усмехаясь в душе. Жена. Да какой это брак? То ли содержанка, то ли инкубатор. Тьфу!
— А дверку я, милая, запру, — продолжала ласково бормотать старушка. — Мало ли чего тебе в головку взбредет. Там в соседней комнате ванна для тебя готова. Помойся да и ложись почивать. Завтра оденем тебя, как настоящую графиню. Смирись лучше сразу, голубка. Такая у тебя судьба — женой быть его сиятельства.
Щелкнул замок, закрываясь, и я вскочила как подорванная. Угу, сложи лапки и сдайся! Ну уж нет! Мы еще побарахтаемся!
Я подбежала к двери, приложила ухо и дождалась, пока вдалеке стихнут шаги старушки. Потом дернула ручку. Ну конечно, заперто! В душе зарождался гнев! Так просто не сдамся. Я лихорадочно закружила по комнате.
Поковыряла шпилькой из прически в замке. Никакого толка. Эх, надо было учиться вскрывать замки! Попыталась выломать дверь, побившись плечом, и только его отбила. Вот же гадство! Злость начинала раскручиваться во мне подобно воронке, затягивая туда и здравый смысл, и зачатки надежды на хороший исход. Окно! Первый этаж! Это просто прекрасно! Почему не открывается? Я изо всех сил дергала шпингалеты, но они сидели как влитые. Магический замок? Ну знаете, на каждую хитрую резьбу найдется хитрый болт. Я и стекло могу разбить.
Изо всех сил опущенный на стекло подсвечник просто-напросто отскочил от окна, а по стеклу полыхнуло зеленое пламя. Ну точно — магия! Я была так зла, что, явись в этот момент граф, подсвечник обрушился бы на его сиятельную голову. Я протянула руку к креслу, собираясь проломить им если не окно, то дверь, и вскрикнула от испуга.
На моей ладони, как цветок с искривленными лепестками, как маленький костер с беспорядочно трепещущими языками, металось голубое пламя. Оно не обжигало, но я взвизгнула от испуга и изо всех сил дернула рукой, пытаясь сбить эту жуть со своей ладони. Пламя вдруг скрутилось в шар и полетело в стену.