— Ты собираешься мне сказать? Или будем играть в загадки?
Дуглас распахнул дверцу кареты.
— Кто тебе настроение испортил? Новый дворецкий?
— Он болтун, — сказал Алано. — Вечно меня поправляет. Я выгнал бы дурака, если бы не думал, что это его обрадует.
— Каким образом? — спросил Дуглас, подавив улыбку.
— Он знает, что вывел меня из душевного равновесия. Он мне за это заплатит, прежде чем я доставлю ему удовольствие увольнением.
Дуглас решил, что дальнейшие разговоры о Полсоне бесплодны, поэтому сказал кучеру, где находится конюшня, и проводил Алано к крыльцу.
— Ты устроил то дело?
Алано вытащил из кармана бумаги и вручил их Дугласу.
— Все готово, — сказал он. — Хотя стоило тебе немало денег.
— Спасибо, — сказал Дуглас. — Я еду в Шотландию, Алано. В Перт.
Алано остановился на ступенях и всмотрелся в него:
— Теперь? Ты готов к этому?
— Да, — уверенно ответил Дуглас. — Но мне нужна твоя помощь. Процесс кристаллизации уже начат, кристаллы будут готовы через день или два. Я не могу оставить процесс без присмотра.
— Когда ты уезжаешь?
— Через час, — сказал Дуглас.
— Что, плоховато спланировано?
— Чрезвычайно.
Алано искоса взглянул на него:
— Тебе действительно нужна моя помощь, так что не оскорбляй меня.
— Я никогда не оскорбляю тебя, Алано, — дружелюбно ответил Дуглас, давно знакомый с этой игрой. — Я просто говорю правду.
— До отъезда ты должен сказать мне, что еще я должен сделать. — Алано вздохнул достаточно громко, чтобы Дуглас услышал.
На этот раз Дуглас не потрудился скрыть улыбку.
Через неделю Сара поняла, почему Дугласу потребовалось время перед отъездом в Шотландию.
Она ожидала, что они приедут на станцию Кингс-Кросс, но не была готова, что карета проедет к самому концу поезда.
Они вышли из кареты и пошли к железнодорожной ветке, Дуглас указал на вагон, выкрашенный в глубокий синий цвет, почти такой же длинный, как остальные пассажирские вагоны. Никакие надписи не портили внешнюю сторону, выдавая тем самым, что вагон частный.
— Не люблю путешествовать с восемнадцатью соседями, — сказал Дуглас.
— Это твой? — изумилась Сара.
— Скажем, наш. У меня не было времени обставить его по своему вкусу, но Алано уверяет, что вагон замечательный, учитывая сроки.
— Ты купил вагон? — Повернувшись, Сара уставилась на него.
Он улыбнулся и подал ей руку.
— Посмотрим, на что он похож? У меня не было времени осмотреть его самому.
По обеим сторонам вагона шли окна, теперь закрытые сборчатыми шторами цвета слоновой кости: В задней части стояли шкафы из красного дерева со стеклянными дверцами, в одном были книги, в другом — графин и бокалы. С одной стороны перед окнами стоял маленький квадратный стол и четыре стула с прямыми спинками, обитые тканью того же оттенка, что и внешняя сторона вагона.
В передней части стоял большой диван, а перед ним два кресла, покрытые тканью более мягкого оттенка синего цвета.
И Сара, и Флори пришли в возбуждение, обнаружив маленькую печь. Однако Дуглас, казалось, относился к роскоши спокойно.
— Мы сможем доехать поездом только до Перта, — сказал он. — Оттуда нам придется ехать каретой.
— Ты и карету купил? — спросила Сара.
— Мы просто возьмем с собой ту, что привезла нас в Лондон, ее укрепят на платформе. Тим поедет с нами, — ответил Дуглас, упомянув кучера и мужа Флори. Он повернулся к горничной Сары: — Если вы хотите ехать с ним, Флори, у меня для вас есть два билета в первый класс.
Флори переводила взгляд с Дугласа на Сару, стараясь сдержать восторг, но безуспешно.
— Иди, — сказала Сара. — Увидимся в Шотландии.
— Я только сначала займусь корзиной, — ответила Флори.
Кухарка положила им в дорогу два соленых окорока, три банки консервированной свинины, по меньшей мере дюжину банок маринованных овощей, сушеные персики, абрикосы, айву и хлеб.
— Как долго до Перта? — спросила Сара, как только Флори вышла из вагона.
— Пятнадцать часов. Если не проведем ночь на запасном пути. — Дуглас открыл один из шкафов. Он осматривал вагон так же, как Сара и Флори.
— Так быстро? — Она опустилась на удивительно удобный диван.
Сара покачала головой, не в силах постичь такую расточительность. Правда, Чейвенсуорт красив, но он не принадлежит ей, все, что можно продать, забрал ее отец. У нее нет свободных средств, доход от Чейвенсуорта уходил на приобретение того, что нельзя было произвести в поместье.
Она наблюдала за Дугласом. Он улыбался, явно довольный увиденным.