Остаться одним нам сразу не удалось. Сначала носили воду для ванны, потом Мария принесла одежду и я попросила принести завтрак. Задав вопрос про Эндельсона, получила ответ, что он ещё спит. Видно ему дали тот же наркотик со снотворным, что и Владу.
Мне столько всего хотелось спросить у Влада, рассказать ему, но в то же время я знала всё, что с ним произошло, все события и его чувства, как будто это я была на его месте. Это было настолько странно и непривычно, что я даже ещё в полной мере не осмыслила произошедшее и как себя при этом вести.
Владислав с блаженством погрузился в горячую ванну. Я взяла шампунь и нанесла на волосы ароматную жидкость, нежно втирая. Владислав перехватил мою руку и поцеловал.
– Ты спасла меня.
– Я успела. А если бы нет? – При этих словах у меня сердце пропустило удар. Ведь счёт действительно шёл на секунды. Чуть замешкайся я в пути, и все…
– Не пугай меня так! Ты не бессмертный. Даже у тебя есть слабые места, ты забыл об этом за эти годы.
– Они были пусты без тебя.
– Так не делай их пустыми для меня! – Я присела у ванны и обняла его за шею, прислонившись к нему и наслаждаясь близостью. Плевать, что намочила платье, переоденусь.
– Ты умеешь заводить друзей, – внезапно усмехнулся он. – Не ожидал, что Руперт тебя поддержит.
– У него было условие, чтобы…, - я чуть замешкалась, подбирая слова и не желая называть имени, – отец Агнии оставался на престоле до её совершеннолетия.
– Разберёмся, – кратко ответил он.
Вздохнув, я встала и взяла кувшин с водой, чтобы промыть ему волосы. Не хочу говорить о князе, пусть Влад решает.
Во время завтрака я обратила внимание на задумчивость Влада, приписав её пережитым событиям и информации, свалившейся на него при обмене кровью. Да меня и саму резали без ножа воспоминания мужа. Через сколько ему пришлось пройти, как он ещё здравый рассудок смог сохранить, удивляюсь.
– Давай прогуляемся, – неожиданно предложил Владислав. Я не протестовала, понимая, что после времени проведённого взаперти ему необходим глоток свежего воздуха. Тем более, сегодня мы отплываем, и нас опять ждёт путешествие на корабле, да замкнутое пространство судна.
Мы вышли из дома и не спеша пошли по дорожке в сторону рощи. Нас никто не останавливал, да и зачем? Владислав больше не пленник, и Драгомир меня не удерживает, отступившись.
В роще Влад остановился, и погладил ствол дерева, полной грудью вдыхая воздух.
– Странное чувство, – произнёс он. – Дома я чувствую лес, а здесь немного иные ощущения.
– Какие? – с любопытством спросила я, ведь у меня не было ещё связи с лесом, и я не представляла каково это.
– Мне кажется, что если бы я жил здесь, то со временем было бы возможно установление связи, – задумчиво произнёс он. – Я его не чувствую, но слышу.
Мне это было пока не понятно. Думаю, со временем пойму, когда проявятся способности. Тут словами не объяснишь, надо ощущать. Слова о связи, натолкнули меня задать вопрос, который сбивал меня столку и тревожил.
– Почему ты оттягивал создание связи между нами? Почему ты боялся, что я пойму, что люблю Драгомира? С чего ты это вообще взял?! – выпалила я.
Ведь именно это я подсмотрела в его мыслях, когда мы обменялись кровью. Этот факт меня выбил из колеи и привёл в смущение. Я помнила, как тщательно Влад избегал целовать меня при открытой связи, избегая слияния сознания. Отмахивался, что не к спеху и у нас бездна времени. Это же непостижимо, столько он хранить это в себе! Но почему?! Мне казалось, мы прояснили с ним этот вопрос в своё время.
С какой-то грустной улыбкой Владислав провёл рукой по моей щеке.
– Я это давно понял, когда ты плакала над его скульптурой, которую он прислал тебе, перед тем как уехать. – Он пресёк мой протест и продолжил: – Крис, ты не плакала, когда попала в замок и не знала, что тебя ждёт. Ты бесстрашно спорила со мной, и не боялась ни грогов, ни волка. Какие бы неприятности ни подстерегали тебя, ты была сильной, но его отъезд задел твоё сердце и вызвал слёзы.
– Влад, ты хочешь сказать, что я вышла замуж за тебя, любя его?! – ужаснулась я его словам.
«Как он мог такое подумать?! Да как ему это в голову пришло?», – начала закипать я.
– Я знаю, что ты любишь меня, – успокоили его слова, но тут же ввергли в бездну: – но его ты тоже любишь. Ты сама не заметила, как чувства к нему пустили корни в твоём сердце.