– Если мне не будет места в деревне, то тогда я воспользуюсь приглашением и уйду в лес к грогу, уж он то точно меня домогаться не будет. – Такая перспектива казалась все привлекательнее. Похоже, в лесу мне будет действительно лучше.
– Ты никуда не пойдешь! – рявкнул он.
– Знаешь что – овечкам своим деревенским приказывай! – взвилась я. – Спасибо за гостеприимство, но меня не устраивают его условия.
Он надвинулся на меня, подавляя своими размерами, и приблизил свое лицо к моему. Николас побледнел, и было видно, что пребывает в бешенстве, но держал себя в руках. Я не отвела взгляда, не собираясь отступать.
– Ты останешься здесь! – произнес он цедя слова, почти касаясь моих губ.
– Если тебе так неприятно произошедшее ночью, – язвительно произнес он, – то обещаю, что я к тебе больше не прикоснусь, пока сама не попросишь. Уйти же я тебе не дам – запомни!
Выдав последнюю фразу, он отодвинулся и окинул меня взглядом, скользя по лицу, отмечая прижатое к груди одеяло. Губы его насмешливо скривились, он встал и не оглядываясь вышел.
«Вот к чему приводят случайные связи», – сказала я себе. – «Обманчивая близость ночью и полное отчуждение с утра».
Николас и не помнил, когда ему было так плохо. Всё закончилось, не успев начаться.
Вчера ночью он не находил себе места при мыслях о том, что она находится так близко, под крышей его дома. Не выдержав, и проиграв битву с самим собой, он пришел в её комнату. Она спала, раскинувшись на кровати, одеяло сползло, открывая её грудь, прикрытую тонким полотном сорочки. Ругая себя, но не в силах остановиться, он стащил с неё одеяло, желая на неё посмотреть. Такая желанная, беззащитная, с приятными округлостями везде где надо. Вспомнив, как страстно она отвечала на его поцелуй, он не задумываясь разорвал на ней рубашку, желая увидеть её тело. Взгляд скользил от кончиков пальцев ног до чуть приоткрытых губ и обратно. Он не мог на неё насмотреться. Его взгляд остановился на её груди, соски которой сжались от прохладного воздуха.
В голове помутилось от желания, руки сами потянулись к поясу халата, развязывая его. Одно лишь движение плеч и он упал к его ногам. Николас хотел эту девушку, хотел ощутить это тело под собой и собирался удовлетворить своё желание.
Это была потрясающая ночь. Вновь и вновь он погружался в неё, не в силах насытиться и воспламеняясь от малейших прикосновений. Она была невероятно страстной и такое вытворяла в постели, что он даже думать не хотел, кто её этому всему научил.
Не важно, кто у неё был в прошлом, но теперь она будет лишь его, это он твердо для себя решил. Она оказалась здесь одна, без денег и поддержки и он возьмет её под свое покровительство. Видно Лера и сама понимала свое положение, так как не испугалась его появлению в своей комнате. Без страха и принуждения она прикасалась к нему.
С сожалением он покинул её теплое тело и постель, но надо было уходить. Единственное что его смущало, так это сестра. Все же содержать любовницу в доме, где живет молодая невинная девушка, не стоило. Поэтому он и попросил Леру держать их отношения в тайне, надеясь что-то придумать со временем. Можно же построить для Леры дом в поселении и уже там навещать её.
Он даже не предполагал, что их разговор так закончится. Впервые он понял, что чувствовали все его женщины после того, как он уходил от них не оглядываясь.
«Эта ночь ничего не значит, и была ошибкой. Произошедшее ничего не меняет между нами – ты мне даже не нравишься», – её слова жалили.
Она ясно дала ему понять, что не хочет иметь с ним ничего общего. Он не понимал, как можно говорить такое, сидя на постели где они всю ночь предавались страсти?!
Но она даже захотела покинуть его дом. И если в поселении он мог запретить давать ей приют, то над грогами был не властен. Николас выругался, проклиная всех женщин разом, а её непоследовательное поведение в частности. Его душила бессильная ярость. Что ж, он подождет пока она сама осознает положение в котором оказалась, и не придет к нему. Никого иного к ней он не подпустит.
Он ушел, хлопнув дверью, а я с недоумением смотрела ему в след. Неужели я так легко получила всё, чего добивалась?! Он сам дал слово ко мне не прикасаться и при этом настаивает, чтобы я жила у него! Такое положение вещей для меня было просто идеально. Если он рассчитывает, что я сама к нему приду, то что сказать – блажен, кто верует.
Я облегченно рассмеялась, и довольная вытянулась на кровати. После бурной ночи в теле наблюдалась приятная легкость. Я чувствовала себя кошкой, объевшейся сливок – сытой и довольной. Наступал новый день, и жизнь сияла красками. Все мои страхи рассеялись. Чтобы не ждало меня впереди, я была уверенна, что справлюсь.