— Мы опаздываем, Алена, — тиская в объятьях разнеженное тело, сообщил этой кошке дикой, все-таки расцарапала мне плечи и наставила засосов, доводя меня до безумия этими страстными поцелуями. Отомстила, как и обещала. Но я не в обиде, мне они нравятся.
— Ник, а ты можешь с моим боссом договориться? Мне нужно на несколько дней к родителям слетать.
— Очень нужно или от меня сбегаешь? — какой-то ком в груди мешал дышать, и мне не хотелось ее отпускать. Но родители это важная причина.
— Когда улетаешь и на сколько точно?
— Ты невыносим! Тебе все и всех надо контролировать?
— Алена, не разгоняйся, просто ответь. — Очень странная реакция на простые вопросы поставила меня в тупик.
— Как вернусь, позвоню. Примерно в следующий понедельник. — Опять очень быстро одеваясь, как солдат на побудке, Алена все-таки ответила.
— Хорошо, я договорюсь с твоим шефом, но с тебя тогда согласие навестить мой пентхаус в Браун-Гарден. Тебя отвезти домой?
— Я на своей метле, забыл? — Аленка забралась ко мне на грудь и, поцеловав на прощание, ушла.
Я смотрел на нее в окно. Не обернулась ни разу. Алена скрылась за деревьями, нависающими кронами над тропинкой.
Она очень странная. Не дает за ней заезжать, крайне редко разрешает отвезти домой. Не задает вопросов о статусе отношений. Да и вообще мало вопросов задает. Как будто знает все наперед и не ждет и не просит ничего, живя одним днем. Ничего не планирует или легко меняет план, как ей в ее прекрасную головку взбредет. И она точно не глупая блондинка, какой я ее считал практически все время нашего знакомства. Вплоть до последних дней.
А сейчас постоянно ускользает из рук, как вода. А мне хочется ее удержать, но как — я не представляю.
25. Алёна.
Не успела выйти из скворечника и уже скучаю по нему. И ещё ревную. Очень. Никита не из тех, кто будет хранить верность, да и не обязан он ждать меня как Хатико. С его темпераментом четыре дня это большой срок, но мне хотелось думать, что ему было со мной хорошо и те слова, что он говорил во время наших забегов за грань реальности, хотя бы наполовину правда. Глупые мы, женщины, нам нравится думать, что полигамный мужчина или алкоголик именно со мной вдруг изменится и завяжет со своими дурными привычками. Специально шла, не оглядываясь назад, представляя, что он смотрит мне вслед, боясь обернувшись увидеть, что это не так.
Лика проводила меня в аэропорт, даже чемодан мой катила, не отдавая мне его до самой стойки регистрации, как будто если он в её руках, то я не улечу.
— Ты вернёшься? — в который раз уже спросила Лика.
Из синих глаз катились слезы, словно она сильно в этом сомневалась.
— Лика, я вернусь, обещаю. Я всего на несколько дней улетаю. Что ты переживаешь? Боишься в змеином логове остаться без меня? — пыталась я успокоить подругу.
— Нет, с коллегами уже нормально получилось вчера поработать. У меня хорошая команда, единственную гадюку уволил Ник. Я просто не хочу, чтобы ты… была далеко.
— Я вернусь, — пообещала в очередной раз Лике, уходя за ворота паспортного контроля.
Перед посадкой позвонила приемным родителям, договорившись, что заеду к ним на днях. Решив жить в своей комнатушке, которую снимала совместно с другом, сразу после школы. Не хотела жить у родителей, да и не особо они мне были бы рады.
Меня удочерили в возрасте чуть больше трёх лет. И до шести лет я была принцессой и любимой дочкой. А потом у них родился родной сын. Поначалу мои родители не меняли своего отношения ко мне, но через пару лет всё изменилось. И в этом была только моя вина. Я ужасно ревновала их к Рэни. Он забрал у меня их внимание и любовь, я его ненавидела за это. По-детски не понимая, что нет его вины в том, что я оказалась в детском доме, а потом в любящей семье, где обретенные мама и папа окружили меня теплом и заботой. А потом вдруг оказалось, что это всё не только моё.
Я ужасно обижала сводного брата, постоянно шкодила и донимала его. Родители приняли решение отправить меня в школу на полный пансион, забирая меня только на каникулах и изредка навещая там. За это я ненавидела Рэни ещё больше, пока не познакомилась с Ринатом.
Ринат был на пять лет старше меня и тоже был рождён в многонациональной России, а потом усыновлен британской семьей. Именно он привил мне любовь к виртуальной реальности. Он же и научил очень многому не только в программировании, но и просто давал советы в жизни. В том числе и заставил меня задуматься о брате и о своем поведении.
С Рэнькой я хотела наладить отношения, но, видимо, было поздно. Он общался со мной доброжелательно, но держась на расстоянии, даже избегал встреч со мной, уезжая на время моих визитов к родителям. Рэни хороший парень, и я очень сожалела, что сама всё испортила, а ведь могла бы иметь дружную, счастливую семью.