В спальне камера была на верхней части рамы, висящей в углу стены картины, маленькая, но если бы я присмотрелся хоть раз, мог бы заметить. Вот только мне это в голову не приходило. Надо же, получается сам и распорядился их сюда установить. Хорошо хоть с Аленкой в берлоге были, там нет камер внутри домика. Вроде. А то бы все сотрудники охраны наблюдали наши с ней жаркие ночи. Ну вот, не успел вспомнить, а в штанах уже опять тесно. Уехала, а мне тут страдать, что ли, от воздержания? Но искать на это время ей замену не хочу, потому что... потому что не хочу опять зачехлять Ника — младшего. Он против, ему теперь подавай только натуральные ощущения. Наркоман Алена-зависимый.
Пока сотрудники снимали лишнее оборудование, решил поплавать и потягать железо. Совсем забросил режим с этой Аленкой.
До изнеможения истязал себя физическими нагрузками, после душа вернулся в спальню. Рабочие ушли, и я решил закончить с запланированными делами на сегодня с личного ноута.
В голове вертелись мысли, что Алена сделала запись о кознях Елены, подключившись к ней удаленно, по тимвьюверу. Но это может сделать любой системный администратор, навыки, конечно, нужны, но в пределах опытного пользователя. А вот взломать сервер и мой рабочий макбук еще, для этого нужно быть опытным «крекером», как называют людей, способных взламывать любую защиту в виртуальном мире, или даже элитой, то бишь хакером. Способна ли на это Алена? Она ведь иногда употребляла термины и сленг такой прослойки программистов. И если это она, то зачем ей это? На эту работу я ее сам притащил, она не рвалась особо. Сомневаюсь, что она замешана в этом беспределе.
Даже не сообщила, как долетела. Кошка своенравная, гуляет сама по себе. Вроде и умеет дружить, соучаствовать, коммуницировать в социуме, вон Лику защищает, как львица детенышей, но, пропуская немного на порог своей души, закрывает бронированную дверь к сердцу и мыслям. Подсадила меня на крючок, что уже не оторваться и не уйти от этих загадок.
Еще Лика добавила невеселых мыслей, считая, что Алена может не вернуться. Не объяснив мне, с чего такие выводы. Сказав странную фразу: «У нее просто может не остаться другого выбора». И на мои вопросы, о чем речь, отвечала, что она и сама плохо понимает, что происходит, и что у нее там семья и, может, так для Алены будет лучше.
Закончив с работой на личном ноуте, размышлял, возможно ли, что кто-то взломал и его. И сейчас, возможно, тоже наблюдает за мной.
Я пристально смотрел в веб-камеру, как будто это могло мне помочь понять, есть ли кто-то по ту сторону линзы.
27. Алена
Мама по пути в дом восторженно отзывалась о посетителе.
— Такой предусмотрительный мужчина! Мне принес цветы, а папе бутылку виски, и представляешь, именно ту марку, какую Вильям любит! Просто удивительно.
Войдя в гостиную, я увидела картину, которая повергла меня в шок, и закипающий гнев заполнил мое сознание. Мой куратор Олег сидел на диване. обсуждая с папой последнюю игру футбольной команды, за которую, как говорят болельщики, «топил» мой приемный отец.
— О, Элейн, твой знакомый просто покорил нас! — воскликнул папа и вновь обратился к Олегу. — Вы обязаны остаться у нас на ужин, где вы остановились, Олег?
— Я еще не определился с жильём, — ответил куратор и повернулся ко мне: — Привет, Аленочка, нам бы поговорить.
— Здравствуй, Олег, — сквозь зубы смогла выдавить я. — Папа, я воспользуюсь твоим кабинетом?
— Конечно, Элейн, сколько угодно!
В кабинете я села на папино кресло, оставив Олегу второе напротив меня, через стол.
— Что ты здесь делаешь, куратор. Какого черта ты приперся в мой дом и мою семью? — не могла совладать со злостью, как ни старалась, убивая его взглядом.
— Я теперь в Великобритании буду работать, перевели сюда.
— Это не ответ. Зачем ты пришел сюда?!
— Давай поговорим об этом завтра. В ресторане Aiziet в девять вечера, столик на имя Иванова Ивана.
— С фантазией у тебя по-прежнему туго, Олег. Ты нарушил устав. Ты не имеешь права вмешивать мою семью в работу, я вынуждена об этом доложить и попрошу о смене куратора.