Может быть, мы с ним тоже просто привыкли друг к другу? И теперь он не знает, как мне сказать об этом? Думать так про Стаса было больно, словно я предавала его своим недоверием, но ничего другого просто не шло в голову.
Я долго разглядывала себя в зеркале, пытаясь понять, как отношусь к своей жизни. И моя светлая голова в многочисленных кудряшках словно намекала на что-то. На самом деле, я почти не жалела о тех переменах, которые произошли с нами за последние годы. Мы оба любили свою работу. Стас тащился по своей аналитике, а я ловила кайф от работы с детьми. У нас у обоих это получалось, и жизнь никогда не казалась скучной или пресной. У нас была Поля и… Боня. Как бы это было не нелепо ставить их в один ряд, но эти двое стоили друг друга. У нас была большая Стасова семья, которая часто и по-хозяйски лезла в нашу жизнь, но мы ценили это, дорожа каждой совместной минутой. У нас были мои родители, порой холодные и директивные, но в целом они тоже учились поддерживать нас. А Чернов в ответ тренировался не заводиться каждый раз, когда кто-нибудь из моих пытался учить нас жизни. Было много всего, но будто не хватало какой-то стабильности, хотя мы и были вместе больше трёх лет. На ум шло лишь одно – всё слишком зыбко, хоть мне и было сложно помыслить свою жизнь без него.
За остатки вечера я успела выгулять Бонифация, собрать все необходимые вещи в дорогу, облачить себя и Полинку в праздничные наряды. Поле достался пышный костюм снежинки, а мне - свободное жёлтое платье с открытыми плечами.
Ромка приехал в ровно обозначенное время, чем нехило так меня шокировал. Ибо Рома и время – это совсем какая-то отдельная эпопея, где правильные связи в вопросах пунктуальности существовали только в его голове.
Он как всегда был идеален, со своей безупречной чёлкой и в костюме-тройке, который проглядывался под расстёгнутым пальто.
-И чего мы сегодня такие красивые? – удивилась я, пытаясь натянуть на вырывающуюся Полинку сапоги.
-Не теряю надежды отбить тебя у Стаса, - в своей излюбленной тянучей манере пояснил Рома.
-А Соня против не будет?
-Ну так, это же её идея!
-Даааа? И что же мы втроём делать будем?
-Шопенгауэра читать, - закатил он глаза.
До ресторана ехали в непонятном молчании. Москва миллиардами огней сверкала вокруг нас. Рома как-то особо пристально всматривался на дорогу, напряжённо постукивая пальцами по рулю. А мы с Полиной сзади листали книжку про кролика Питера.
-Ром, а почему Стас сам не смог за нами приехать? – наконец-то, нарушаю я гнетущую тишину.
Рома жмёт плечами.
-Занят был?
-Ну не 31 же декабря в десять вечера? И ладно я, но что бы вот так, пропустить новогодний вечер с Полинкой?
Девочка, услышав своё имя, тут же поднимает свой любопытный взгляд на меня, а я глажу её по шелковистым волосикам, заставляя себя принять спокойный вид.
-Верусь, ты скажи, какого ответа ты от меня ждёшь, я то и отвечу, - включил дурака Рома.
-Всё ты знаешь! - надула я губы. – Ром, ну что за дешёвый спектакль-то?!
-Какие актёры, такой и спектакль! – ерепенится он, за что тут же получает болезненный тычок в плечо. – Ай, женщина, ведите себя прилично, а то пешком пойдёте! Да, Полин? – подмигивает он племяннице в зеркало заднего вида.
-Дя! – предательски соглашается юный Брут.
Дальше я не проронила ни слова, борясь со своей тревогой и дурацкими предчувствиями.
Глава 5.
Глава 5.
Первым кого мы видим в фойе – это Никитка. Младший Чернов со скучающим видом прыгал на небольшом диванчике, стоящим чуть ли не у самого входа в ресторан.
Полинка в мгновение ока вырывает свою руку из моей ладони и кидается к нему, что не так и легко сделать в костюме снежинки и курточке, натянутой сверху. Но она у нас барышня не из робких, поэтому немного покряхтев и пару раз скатившись с края дивана, она всё же берёт заветную высоту. Никитос тут же встрепенулся, осознавая, что на его территорию покушаются и, нахмурив брови домиком, пытается отодвинуть её в сторону, но не добившись желаемого, обиженно выдаёт: