Наступил вечер. В течение дня пленника не кормили и не поили. Но он не чувствовал неудобств и не звал меня. Войцех приходил ко мне с докладами уже пару раз и высказывал обеспокоенность:
- Госпожа, этот эльф будто не чувствует ни жажды, ни голода!
- Ясно, - проговорила я, обдумывая свои дальнейшие действия.
Время шло, отец должен вернуться уже завтра, а это значит, что кроме имени, я ничего не смогла выпытать у пленника. Да и имя, как выяснилось, может оказаться фальшивым. Что же делать? Отдать на растерзание Эдварду? Но даже так Каспиан не рассказал ничего. А попытка уморить его голодом и жаждой тоже не увенчалась успехом. И за оставшееся время не увенчается.
Но он ведь точно не мог молчать, пока я применяла к нему иные варианты воздействия! Вспомнив белую кожу Каспиана, шелковистые волосы, его большие бирюзовые глаза, я смутилась. Он так стонал, когда я даже сквозь ткань белья гладила его мужское естество, что я вновь захотела их услышать и все же решилась.
«Может, вновь попробовать допросить пленника?» – подумала я.
- Войцех, - обратилась я к управляющему. - Убери слуг от дверей пленника, пусть идут спать.
- Госпожа, вы же не задумали ничего…
- Нет! – чересчур резко ответила я. – А ты ничего не знаешь и лишь исполняешь приказы, понятно?
- Хорошо, - кивнул управляющий. – Но я все же свяжу его.
Пожав плечами, я отпустила Войцеха.
Но когда все в крепости уснули, и лишь лай орфов раздавался где-то за окнами, да тяжелые сапоги стражников стучали по каменистой поверхности площади у ворот, я выскользнула из своей спальни и вышла в коридор. Прихватив одну крохотную свечу, я тенью пробежала к дверям комнаты, где содержался пленник.
Открыв двери своим ключом, я заперла ее изнутри и повернулась, освещая обзор свечей, которую взяла с собой. А Каспиана и правда, связали. Похоже, Войцех понял, что я снова захочу его допросить, и подстраховался. Я прошла вглубь комнаты и осветила лицо эльфа. Несмотря на поднятые к изголовью кровати и связанные руки, он безмятежно спал. Я зажгла еще несколько свечей на столике возле кровати. Почувствовав свет, пленник попытался отвернуться, но, видимо, почуял неладное и открыл глаза. Увидев тень в своей комнате, эльф нашел меня взглядом, с изумлением спросил:
- Что ты здесь делаешь?
- Я пришла продолжить допрос, - тихим голосом проговорила я.
- Да что ты? Ночью?
- Да. Появились новые сведения, и ты одолжен мне их пояснить.
- Может, подождем до утра?
- Нет! Завтра вернется отец, а я так и не справилась! Ничего не выяснила кроме твоего имени, и то оно оказалось фальшивым
- Это почему это фальшивым? - возмутился мужчина, приподнимаясь на кровати. Но убедившись, что до сих пор привязан, он раздраженно откинулся на подушку. – Это мое настоящее имя!
- Ты мертв! Вернее, некто по имени Каспиан мертв! А еще он младший принц и принесен в жертву.
- Быстро же вы все выяснили, - пробормотал пленник. – Зря я назвал тебе имя.
Я не верила своим ушам, неужели это все правда? Но что насчет жертвоприношения?
- Ты и правда, принц? Как ты попал в нашу крепость? А что король? Он не ищет тебя?
- Сколько вопросов, - поморщился пленник. – Равена, ты велела держать меня без обеда и ужина! А теперь хочешь, чтобы я все тебе рассказал?
Мое имя прозвучало в его устах так нежно, что я с недоверием посмотрела на эльфа и смутилась. Сейчас во всполохах пламени свечей он выглядел еще красивее. Ресницы мужчины отбрасывали длинные тени на его лицо, бирюзовый оттенок глаз казался более темным и таинственным. Они будто сияли сами по себе, ловя блики. А белоснежные волосы рассыпались по плечам шелковистым прядями, придавая облику пленника какое-то волшебное свечение.
Не понимая, что творю, я подошла прямиком к кровати, где лежал эльф, и села рядом с ним. Тот сразу же отодвинулся, прекратив говорить, и удивленно посмотрел на меня. Я же бесцеремонно распахнула рубаху на его груди, открывая своему взору торс мужчины.
- Равена, что ты делаешь?
- Проверяю, как затянулись твои раны, - прошептала я, разглядывая белую кожу мужчины. Там и правда почти не осталось следов, будто вылечиться эльфу и правда помогла некая магия.
- Твои мази творят чудеса, - ответил он дрогнувшим голосом. – Шрамов точно не будет.
Его слова, тембр его голоса что-то делал со мной. Как завороженная, я протянула руку.
- На таком красивом теле это было бы кощунство, - прошептала я, затем провела пальчиками по его груди.
Будоражаще, запретно. Кожа эльфа отозвалась на мои прикосновения, сразу стала горячей. Сердце под его ребрами стало стучать гулко и часто, набатом отражаясь в моей голове.
Сглотнув, Каспиан выгнулся и тихо застонал. Похоже, и мои прикосновения на него каким-то образом влияли. Что происходит?