Край еще несколько раз попробовал вырваться, а потом затих.
— Слезай давай, миротворец! — наконец сказал он зло, но без ярости. — Твоя взяла.
Я встал на ноги и помог Краю подняться.
— Парни, думаю, вам не надо говорить, что сейчас не лучшее время для ссор, — сказал я. — Лучше давайте придумаем, как помочь Дэну, но для начала предлагаю выбраться отсюда к вагончикам. Согласны?
Край и Эйр утвердительно кивнули в ответ, но не проронили ни слова.
— Кстати, Край! — спохватился я, вспомнив кое о чем. — Ты там насчет кролика что-то говорил, он-то в чем провинился? Ты вроде за укус ему уже отплатил.
— А ты разве не видел? — ответил Край вопросом на вопрос.
— Нет, — честно признался я.
— Да это же он нас чертям вломил. Я его у котлов видел. Стоял среди чертей и на нас пальцем показывал. Падла. Встречу — уши в задницу запихаю, скажу, что так и было!
Как ни странно, слова Края меня ничуть не удивили.
— Ладно, сейчас не важно, ктокого сдал, — сказал я, подумав о том, что не пни Край кролика, все могло сложиться по-другому. — И еще один вопрос, где чемодан с миллионом?
— Так это, нету его, — произнес Край и окончательно погрустнел.
— Как так? — удивился Эйр.
— А вот так, как только я вылетел в дверь, чемодан тут же исчез, — обиженно произнес Край. — Был и нет.
— Да и хер с ним, у нас сейчас проблемы поважней есть, — отрезал я, вытащил сноуборд из сугроба и направился к базе.
10. В рот мне ноги Девид Блейн
У вагончика мы увидели Ивана Ивановича. Старик сидел на крыльце и неспешно попыхивал самокруткой.
— Здравствуйте, Иван Иванович! — поздоровался я и присел рядом с ним.
— И вам здравия желаю! — ответил старик и ловко перекинул самокрутку из одного уголка губ в другой. — Что-то вы, ребята, неважно выглядите. Случилось чего?
И тут нас прорвало. Один за другим, а иногда и наперебой, мы стали рассказывать сторожу о событиях сегодняшнего утра. Удивительно, но старик слушал наш вздор про чертей и котлы внимательно. Лишь изредка вынимал он изо рта самокрутку, и тогда до нас доносилось его тяжелое, еле слышное: «Ох-хо-хо. Словно переживал он за нас не меньше, чем мы сами. Но порой, глядя в его подвижные лукавые глаза, я ловил себя на мысли, что он и без нашего рассказа знал обо всем случившемся.
— Так и что вы собираетесь теперь делать? — спросил Иван Иванович, выслушав наш рассказ.
— Как что? Дэна выручать пойдем! — воскликнул распаленный Край.
— Выручать? — брови Иван Ивановича изумленно взлетели вверх. — Я уж думал, нынешняя молодежь и слова такого не знает — выручать-с-с.
Старик несколько раз повторил слово и каждый раз на новый лад, словно пробовал его на вкус.
— Ладно, помогу я вам, — сказал Иван Иванович, прервав вербальную дегустацию. — Только дайте слово, что никому о том, что узнаете, не расскажите. Обещаете?
— Обещаем, — ответил я за всех, а парни одобрительно закивали.
— Тогда пойдемте ко мне в сторожку, — сказал старик, вставая с крыльца.
Мы переглянулись, и по выражению лиц товарищей я понял, что они не доверяют сторожу. В конце концов, какую помощь можно ожидать от семидесятилетнего старика? Сделав страшные глаза, я дал понять Эйру и Краю, что не стоит пренебрегать любой помощью, пусть это будет даже простое доброе напутственное слово. Парни поморщились, но перечить мне не стали и пошли вслед за стариком.
До вагончика сторожа, едва поспевая за быстрым шагом Иван Ивановича, мы добрались за пару минут. Признаться, я даже вспотел от такого марш-броска, чего нельзя сказать о старике. Добравшись до крыльца, Иван Иванович взбежал вверх по ступенькам, жестом пригласил следовать за ним и вошел в вагончик.
Внутри было по-прежнему тепло, уютно и пахло табачком и гречневой кашей.
— Ну-ка, подсобите, ребятки, — сказал старик, скидывая покрывало с тахты, на которой еще вчера наша команда в полном составе пила пиво и покуривала горьковатый стариковский табачок. — Со всех сторон навалитесь.
Сообразив, что от нас требуется, мы встали по периметру тахты и сдвинули её верхнюю часть в сторону.
— В рот мне ноги Девид Блейн! — воскликнул Эйр, заглянув в открывшуюся нишу.