Правда, старейшины поговаривали, что ничего страшного в этом нет, мол, чем больше учеников не вернется, тем больше в домах будут чтить «Первоисточник». Старейшин слушали, кивали, не смея идти против их авторитета, но многие оставались при своем мнении. Червь сомнения прокрался в головы живущих на Стоянке и был опаснее любых Домов, потому как грыз под фундамент главный оплот свободного человека — веру в себя, в свою необходимость и целесообразность.
Тан остановился, пораженный догадкой. Ну почему? Почему он не понимал этого раньше!? Дома не являются причиной потери учеников. Дело не в них. Просто ученики больше не видят необходимости в Кругах, и причиной тому сами учителя — их опасения и сомнения. Немного подумав, Тан решил, что доводы его убедительны и необходимо срочно рассказать обо всем старейшинам. Поправив балахон и разгладив седую бороду, он повернул назад.
6
Тропа оказалась настоящим испытанием. Узкая, петляющая среди каменных выступов, а иногда и пролегающая по самому краю обрыва, она заставила ученика сосредоточиться, быть внимательным и осторожным. За пять часов, прошедших с начала спуска, он преодолел лишь половину пути. Каждый новый шаг отнимал всё больше сил. Площадки, где можно было посидеть и передохнуть, привалившись к одному из каменных уступов, попадались настолько редко, что Сэй вскрикивал от восторга, увидев их. Во время коротких передышек он разговаривал с птицей судьбы, спускавшейся к нему, как только он присаживался на отдых. Птица садилась на ближайший камень и принималась призывно кричать.
— Клект! Клект!
— Хорошо тебе поторапливать, ты-то летать умеешь, — тяжело вздохнув, жаловался Сэй.
— Клект! Вью-ви! Клект! — отзывалась птица.
— Я понимаю, нужно идти, но ты бы сама ножками походила.
— Клект!?
— Как зачем!? Может, поменьше болтала бы глупостей.
Такие потешные перепалки повышали настроение юного путника и придавали сил.
7
Солнце клонилось к закату, когда Сэй закончил спуск, спрыгнув с каменного выступа, и оказался на широкой и ровной дороге.
— Уф-ф! — тяжко выдохнул он, принялся осматривать себя и пришел в ужас.
Ободранные грязные руки и ноги, измазанный глиной и порванный в нескольких местах балахон, наверняка еще и чумазая физиономия с всклоченными рыжими волосами — как бы его за дикого не приняли. Нужно привести себя в порядок, но где это сделать? Вскинув голову, он огляделся и тут же позабыл обо всем на свете. Дома огромными массивами, занимая большую часть обзора, возвышались над окружающим миром. Глядя утром на них сверху, Сэй понимал, что они огромные, но не подозревал, что настолько. Поднимаясь из-за ближайшего леса стройными башнями, дома раздавались вширь, накреняясь то в одну, то в другую сторону, и местами ветвясь, словно деревья. В местах наибольшего крена дома выпускали множества тонких щупалец, упиравшихся в землю или в собственные стены и выступы. Сэю бросилось в глаза разнообразие материалов, использованных для постройки. У основания дома большей частью были глинобитными, с примесью древесины, выше дерево и глину сменял каменный тёс и кирпичи, а на самом верху — там, где взгляд терял опору — дома сверкали подобно алмазам.
«Скорей всего, люди научились строить дома из слюды», — предположил ученик.
Залюбовавшись, Сэй потерял счет времени и очнулся только тогда, когда птица судьбы, усевшаяся ему на плечо, больно ущипнула его за ухо.
— Ай! — вскрикнул он и стряхнул птицу с плеча. — Вот зануда!
Птица обиженно вскрикнула и взмыла в воздух. Сэй взглянул на солнце. До заката оставалось чуть больше семи часов. Что ни говори, а птица права — ему стоит поторопиться. Кое-как приведя себя в порядок, он зашагал по дороге, ведущей к лесу.
Вступив в тень леса, под густые, сходящиеся над головой кроны деревьев, Сэй ощутил приятную прохладу. Вскоре наткнувшись на обложенный камнем родник, он помылся и утолил жажду.
— Ну что ж, Сэй! — приободрившись, скомандовал он сам себе. — Вперед к выбору!
Сказал и осекся. К какому выбору? Что он предпочтет? Дома поразили его величием, и ему захотелось узнать, как живут люди в этих громадинах. Но нельзя стать членом одного из домов просто из любопытства. Или можно? Как жаль, что рядом нет учителя. Скоро, совсем скоро он окажется перед домами один на один.