— А меня зовут Джордж, я дворник, — зло произнес старик и сплюнул сквозь зубы на землю. — Ты что, паря, там замечтался? Хотел, чтобы тебе голову проломили?
— Нет, — честно признался Сэй. — А что, могли?
— Ха! Конечно, — усмехнулся старик. — Вон смотри, что делают?
На лоджиях творилось нечто невообразимое. Жители домов словно сошли с ума. Они орали и грозили друг другу кулаками. Кое-кто пытался плеваться, а некоторые, в основном те, кто стоял на верхних лоджиях, приспустив штаны, мочились, метя в оппонентов, но в основном наказывая нижние этажи своего же дома. Противостояние достигло пика, и в воздух полетели гнилые фрукты, камни, послышался звук битого стекла — возникла давка. Люди ломились в двери. Послышались крики и стоны, но на них никто не обращал внимания. Несколько минут, и всё было кончено. Крики стихли, лоджии опустели, а на земле между домами высились кучи мусора.
— Ну всё, кажется, навеселились, — угрюмо буркнул Джордж и, подхватив тачку, направился к центру улицы.
Сэй, крайне впечатленный и возбужденный увиденным, последовал за ним.
— Скажите, а чего это они? — спросил он.
— Как чего? Воюют. Истину ищут, — ответил Джордж и, остановив тачку, принялся разбирать инструмент. — Эти два дома основали братья Игос и Идолос. Каждый из них заложил фундамент дома, и оказалось, что они похожи как две капли воды. Вот братья и перессорились, обвиняя друг друга в воровстве. Игос говорил, что Идолос скопировал у него чертежи, а Идолос утверждал обратное. Как известно, нет ничего крепче братской любви и братской ненависти.
Старик усмехнулся, взял из тачки вилы и несколько раз ударил черенком о землю, желая убедиться, крепко ли те насажены.
— И что было дальше? — не вытерпел Сэй.
Джордж посмотрел на него, словно впервые увидел.
— Да ничего! Вон до сих пор спорят! Шел бы ты, паря, своей дорогой, а то у меня вон сколько работы, — с этими словами он вонзил вилы в кучу перезрелых фруктов.
«Черт возьми, — подумал Сэй, покидая старика, — что я тут делаю? О каком выборе может идти речь? Неужели кто-то может польститься обещаниями зазывал? Разве их криков недостаточно, чтобы ученик вспомнил о „Первоисточнике“?»
По всему выходило, что недостаточно. Ученики уходили в Долину и не возвращались, предпочтя материальные блага учению. Видимо, они считали, что в дальнейшем обучении нет никакого смысла. Почему тогда он не вошел ни в один из домов? Чем он отличался от остальных? Какова его судьба? Вернуться на круги, пройти курс подготовки и стать учителем?
Сэй вспомнил Тана, одноклассников, и в груди разлилась приятная теплота, а глаза защипало.
«Да! Да! Как же я этого раньше не понял! — ликовал он. — Я действительно всегда хотел стать учителем. Чтобы это понять, мне даже не надо было посещать Долину. Или нет. Конечно же, нет! Долину стоило посетить. Посетить и понять, что здесь нет ничего, о чем можно сожалеть. Знания придают смысл жизни — так говорил учитель Тан. Я воспитаю таких учеников, которые вернуться на Круги!»
Высоко-высоко в небе птица судьбы встрепенулась и с легким хлопком превратилась в огромного золотого дракона. Новорожденный дракон несколько раз шумно вздохнул, словно пробуя воздух на вкус, а затем, вскинув голову, громогласно и протяжно заревел.
Блуждая между домов, Сэй совсем позабыл о своем верном спутнике, и поэтому, услышав рев, не сразу сообразил, кому он принадлежит. Взглянув на небо и увидев в нем сияющего в лучах заходящего солнца золотого дракона, юный ученик от восхищения начал прыгать и хлопать в ладоши, совсем как маленький мальчик.
— Выбор сделан! Выбор сделан! — ликовал он.
Его будущее определено. Птица судьбы, пройдя все метаморфозы, достигла высшей точки развития, а это значит, что она абсолютно свободна и может покинуть хозяина. Сегодня она направится в страну, расположенную где-то далеко на севере, где живут её братья и сестры. Однако связь между человеком и птицей не потеряется никогда. Она сохранится на всю жизнь. Задрав голову, Сэй стоял и ждал, когда дракон отправится в далекое путешествие. Шли минуты. У Сэя начала кружиться голова, а дракон не улетал. Он продолжал кружить и изредка призывно ревел.
«В чем дело? Почему он не улетает? — подумал ученик, опустив голову. — Выбор сделан. Чего он ждет? Странно, очень странно. Никогда о таком не слышал. Значит ли это, что я принял неверное решение или так и не сделал Выбор?»