Дальше у нас по списку идет лучший друг Дэна, сокурсник и полная противоположность, Костя Крайнов, по прозвищу Край: веселый, непоседливый и немного придурковатый баловень судьбы. Если бы я побывал в половине всех передряг, в которых побывал он, то катался бы сейчас не на борде по склонам, а на инвалидной коляске по больничным коридорам, а Краю хоть бы что, с него неприятности как с гуся вода. Среднего роста, тощий, но небывало жилистый, он словно создан для сноуборда. Когда Край становится на доску, его тело сливается с ней, превращаясь в единый организм, жаждущий экстремального спуска. Не ошибусь, если скажу, что мы все немного завидуем Краю.
Третий в нашей команде — Эйр, Сашка Политов, мой лучший друг. Выросли мы с этой белобрысой бестией в одном дворе. Ходили в одну школу, а затем и в один институт поступили на исторический факультет. В середине девяностых, когда в России сноуборд вошел в моду, мы с Эйром встали на сноуборд. С тех пор и болтаемся по всем мыслимым и немыслимым склонам в поисках приключений. В одном из таких путешествий мы познакомились с Дэном и Краем.
Случилось это в Приэльбрусье в позапрошлом году. Познакомились, разговорились. Оказалось, Дэн и Край, как и мы, из Питера — земляки, а за это обязательно нужно выпить, так и подружились. В ту поездку мы и решили объединиться. Здесь, на Бельдесае, в Узбекистане, мы катаем второй совместный сезон. Первый, в прошлом году, наша команда провела в Индии на Гульмарке, оттянулись по полной программе, но и потратились здорово, так что в этот год решили далеко от дому не уезжать.
Да, чуть не забыл, меня зовут Андрей Драгунов, для своих Эндрио, мне двадцать три, и я фрирайдер.
4. И снова склон
Дэн, как всегда, оказался прав. Не прошло и пяти минут, как на склоне появился Край, он шел на крейсерской скорости и чему-то нелепо скалился. Поравнявшись с нами, Край резко затормозил и скинул защитные очки: его широко раскрытые глаза светились детской, почти щенячьей радостью.
— Мужики! Вы не поверите, что я, сейчас, видел!
— Да, ну! — наигранно изумился Эйр и вытаращил глаза, подражая Краю. — Неужели саму Бетти Райдер?
Все, кроме Края, рассмеялись.
О Бетти Райдер нам рассказал один знакомый сноубордист из Самары. Год назад, катаясь в Альпах, он получил серьезную травму головы. Так вот, этот чудак утверждал, что попал под лавину из-за девушки-сноубордистки. Он шел по общему спуску, когда увидел перед собой стройную белокурую амазонку. Девушка, одетая в ярко-красный топ и лосины неспешно и легко катила вниз по склону. Знакомый наш женщин большой любитель и потому не мог пропустить такую красотку — сбросив скорость он пристроился за девушкой. Идти следом оказалось на удивление легко. Он даже не заметил, как они сошли с трассы. В следующее мгновение, наш знакомый понял, что они летят вниз по крутому склону с множеством торчащих каменных выступов. Самое интересное, что девушка шла так же непринужденно, как и по трассе. Погоня продолжалась несколько минут, а затем впереди показалась пещера и незнакомка исчезла в ней. Дальнейших событий наш друг не помнил, но зато он хорошо запомнил имя, вышитое на спине ярко-красного, топика — Бетти Райдер. Вот такая мистика. Мы тогда посмеялись над рассказом, но образ Бетти Райдер настолько нам понравился, что поселился в нашем лексиконе. Иногда мы подкалываем друг друга, особенно Края, он у нас любитель за девчонками погонять.
Неудивительно, что Край обиделся.
— Да пошел ты! С ним как с человеком, — сказал он и зло посмотрел на Эйра.
В воздухе запахло жареным.
— Подождите, горячие финские парни, ссориться, — вмешался в назревающий конфликт Дэн. — Ты Край толком расскажи. Что видел? Где?
Слова Дэна моментально разрядили наэлектризованную атмосферу.
— Да что там долго рассказывать, хаф-пайп я природный нашел!
— Чего?! — хором переспросили мы, вытаращив глаза на Края.
Природный хаф-пайп на Бельдесае это все равно, что пальма на вершине Эвереста — не было такого и не будет никогда
— Ты, Край, случаем с вечера пива не перебрал? — попытался пошутить я.
— Не верите? — самодовольству Края не было предела. — Да я и сам охренел. Это конечно не искусственный пайп, но все равно прокатиться по нему — сплошное удовольствие.