— Иди, – наклонилась к уху подруги Катя, – а у меня другие планы.
— Эй, нажми на тормоза, – зашипела Вика, отводя подругу в сторону. – Ты чего?
— Я хочу этого мужика, – фыркнула Катя. – Разве не об этом ты прожужжала мне все уши?
Ее никогда в жизни не тянуло так ни к одному мужчине. И так хотелось верить, что дело было вовсе не в том парне на фотографии в ее детском альбоме. Оглянувшись на Самойлова в очередной раз, Катя вспомнила один из тех моментов, когда подолгу разглядывала эффектного юношу, что нес ее на плече в тот день, когда она впервые пошла в школу. Чем старше становилась, тем чаще брала в руки тот злосчастный альбом. И вот – парнишка со снимка повзрослел, возмужал и теперь пожирал ее взглядом.
— То, что я советовала тебе завести парня, не значит, что нужно бросаться на первого встречного.
— Да, брось! Это же я зануда из нас двоих. Ты забыла? – хихикнула Катерина.
Школьный ди-джей включил очередной трек. Ненавистный медляк! Катя терпеть не могла эти моменты на дискотеках еще когда была старшеклассницей. В те времена причиной было то, что она все эти бесконечно долгие песни подпирала стену.
Заметив, как Олег отделился от стайки одноклассников и направился в ее сторону, Катя выразительно приподняла одну бровь. Школьная традиция грозила быть нарушенной, что не могло не радовать.
— Кать, потом жалеть будешь, – подруга все еще пыталась достучаться до нее.
— Пошла вон, – с милой улыбкой поцеловав Викторию в щечку, она слегка подтолкнула ее к выходу.
Проводив подругу смеющимся взглядом, повела плечом, чувствуя Его взгляд. Глубокий вдох вернул самообладание, после чего Катерина обернулась. В тот же момент ее накрыло ощущение дежавю.
— Пора нам перестать сталкиваться вот так, – от его голоса снова побежали мурашки по спине.
Впрочем, от голоса ли – в этом еще стоило разобраться. Чтобы она могла услышать его, Олег наклонился к девушке. Он стоял почти вплотную к ней, заставляя сердце выскакивать из груди. Теплое дыхание согрело боковую сторону шеи, когда Самойлов говорил.
— Потанцуем?
Она вложила дрогнувшие холодные пальцы в его широкую теплую ладонь. Пройдя почти на середину зала, позволила приобнять себя за талию. Его руки оказались уверенными и невыносимо горячими. Казалось, еще мгновение и ее трикотажное облегающее платье оттенка бордо просто вспыхнет в тех местах, где он касался его.
Олег вел медленный танец, временами обнимая ее чуть теснее, чем того требовали приличия. Впрочем, это делалось так незаметно и ненавязчиво, что посторонние взгляды точно не усмотрели бы ничего криминального в поведении музыканта.
Вдоль позвоночника снова прошел озноб, и Катя вздрогнула.
— Ты дрожишь, – заметил он. – Замерзла?
— Нет, – возразила она, нисколько не стесняясь истинных причин своего трепета.
— Мы знакомы? – Олег снова наклонился к ней, опаляя дыханием ушную раковину.
Катерина едва смогла сформировать ответ, практически тая в его руках. Самойлов нравился ей, нравился до ужаса, но даже в такой ситуации такая реакция показалась ей странноватой. Она хорошо знала себя, поэтому могла с уверенностью сказать, что именно в данный момент ее ощущения были на грани нормального. И эта грань практически стерлась…
Она планировала завязать знакомство, очаровать музыканта, чтобы иметь шанс продолжить общение потом. Вот только то, что происходило сейчас, не лезло ни в какие рамки. Осознание этого отпечаталось где-то в глубине разума, как и то, что последний бокал вина был явно лишним. Катя не хотела пить, но Никита пристал, как банный лист, поэтому проще было сделать это, чем отвязаться от него. Чувствуя, как все перед глазами начинает плыть и качаться, она слегка оступилась. Инстинктивно вцепившись в предплечье Олега, Катерина попыталась восстановить равновесие.
— Прости, – она слегка отстранилась.
— Кто-то перебрал, – заметил он с легким смешком.
— Иди ты… – оттолкнула его девушка, прежде чем направиться к выходу из зала.
Оказавшись в коридоре, Катерина прошла несколько метров и покачнулась. Все продолжало кружиться и качаться, создавая противную тошноту и болезненный звон в ушах. Упираясь рукой в стену, она слегка наклонилась вперед, чтобы прогнать дурноту.
— Кать? – к ней подошел Никита. – Тебе плохо?
— Ничего, пройдет, – ответила она, чувствуя, как он подхватывает ее, подставляя плечо. – Все нормально, – она убрала руку одноклассника со своей талии.
Никита же, открыв дверь в спортзал, возле которого они находились, увлек ее за собой. Там, прижав к стене, горячо зашептал: