Выбрать главу

…ловко расстегнув молнию на платье, она позволила ему сползти по телу на пол. Перешагнув через темно-бордовое пятно трикотажа на светлом ковре, легонько толкнула его в грудь.

Олег от неожиданности с размаху сел на мягкий мини-диванчик.

— Полегче, девочка.

— Тебе не нравится что-то? – поинтересовалась она, усаживаясь ему на колени.

Самойлов шумно выдохнул, когда она чуть сильнее сжала коленями его бедра. Это вызвало откровенную улыбку на ее губах. Она выгнулась, когда его ладонь прошлась по ее спине, лаская кожу. Запрокинув голову, она с наслаждением вынула из волос несколько шпилек, что держали прическу. Позволив длинным темным локонам рассыпаться по плечам и груди, подалась к нему.

Он прервал поцелуй почти сразу, запуская пальцы в ее волосы…

Катерина тряхнула головой, прогоняя наваждение. Не время предаваться воспоминаниям. Не хватало еще, чтобы он проснулся. Позорище-то какое… Мысленно обругав себя дурой, она выскользнула в коридор гостиницы. Уже в фойе вспомнила, что забыла в номере палантин. Тот самый, за которым ее черти понесли вчера вечером. Почему черти? Да потому что никакая другая сила не создает подобных ситуаций в жизни.

Возле стойки ее дожидалась Вика, поэтому возвращаться времени не было. Впрочем, как и надобности.

— Ты ненормальная, – прошипела подруга, когда они сели в такси.

— Это все Никита, – ответила Катя, вспоминая прошлый вечер.

Сказать, что она была в ярости – ничего не сказать. С одноклассником еще предстояло разобраться.

— Чего? – не поняла Вика.

— Этот засранец что-то подмешал мне вчера в вино…

— А я-то думаю, что за бешенство матки у тебя случилось! – всплеснула руками Виктория, привлекая внимание водителя.

Мучительно краснея под взглядом таксиста в зеркале заднего вида, Катерина подумала о том, что ей «повезло» с подругой. Шикнув на нее, она тяжело перевела дыхание, закатывая глаза.

— Я всю морду ему расцарапаю, – процедила Катя, даже не скрывая раздражения и злости.

— Слушай, – подруга понизила голос до шепота, – я что-то запуталась. Ты с кем была-то? С ним или… если с ним, то от кого звонила?

— А вот тут самое интересное, – скептично поджала губы Катя.

Честно признаться, она вообще понятия не имела, как оказалась в номере Олега Самойлова. Судя по всему, он либо стал свидетелем их с Никитой ссоры на улице, либо… Катерина мысленно ударила себя по лбу, догадываясь, что это именно он догнал ее на крыльце. Вряд ли одноклассник стал бы извиняться за то, что опоил ее и хотел попользовать в темном спортзале.

— Твою ж мать… – прошептала она, закрывая лицо ладонью.

Весьма красочное воспоминание о том, как она дралась с тем, кто предотвратил ее падение в сугроб, тут же всплыло в мыслях. В тот момент Катя была уверена, что это именно Никита, а потому сама мысль о том, что он касается ее, была противна.

— Не надо было мне вчера в клуб идти, – проворчала Вика, обнимая ее за плечи. – Вот чувствовала же, что шкняга какая-то будет.

Тяжело вздохнув, Катя легла на сиденье, устроив голову на коленях подруги. Сейчас ей хотелось просто ни о чем не думать. Хотелось… Но мысли все крутились вокруг Олега, который остался спать в гостинице. С одной стороны ей хотелось запомнить его, но чопорная внутренняя барышня зудела о том, что такого помнить не очень-то и надо. Как бы там ни было, он воспользовался моментом, хотя мог… не мог!

Катя закрыла глаза, которые начало жечь предательскими слезами. Никто не виноват в случившемся, кроме нее самой. Дура! Ну, еще, конечно же, этот говнюк – Никита. Вот кому надо оторвать все, что висит и выпирает.

Глава 4

Утро пришло совсем не вовремя, как и всегда. С трудом оторвав голову от подушки, Самойлов перевернулся на спину. Не открывая глаз, он улыбнулся, вспоминая прошедшую ночь. А вспомнить было что! Все еще не поднимая ресниц, Олег протянул руку, чтобы еще раз ощутить тепло великолепного тела своей неожиданной ночной гостьи. Ладонь коснулась холодной простыни.

Мигом проснувшись, он окончательно сел в постели. Удивленно посмотрев на примятую подушку, Олег снова потрогал гладкий шелк темно-красного оттенка, словно не верил своим глазам. Вскинув брови, нашарил под подушкой смартфон, чтобы посмотреть время. Почти семь утра.