— Значит, до вечера?
— Я рада, что ты приехал.
— Я тоже, Кнопка, – он легонько тронул ее щеку тыльной стороной пальцев.
Касание вышло почти невесомым, но пустило рой мурашек по спине Самарцевой. Она все еще не могла свыкнуться с мыслью о том, что ее трогал кто-то, кроме… Максима. А еще с тем, что это был именно Самойлов.
— Вызову такси, – проговорил Олег, направляясь к ближайшей лавочке, чтобы поставить на нее сумку с вещами.
— Тебе помочь?
— Нет, есть приложение, – покачал головой он. – Осталось после того, как приезжал на вечер встречи.
Эти слова снова всколыхнули в памяти обоих воспоминания, от которых стало жарко и немного неловко. В результате этого Катя мучительно покраснела, отводя взгляд, а губы Олега изогнула едва заметная улыбка.
Отложив телефон на лавочку, Самойлов подался вперед и привлек ее за талию ближе к себе. Когда Катерина покорно подчинилась, опустил подбородок на ее макушку.
— Ну, ты чего? – мягко проговорил он.
— Все в порядке, – покачала головой Самарцева, приказывая себе успокоиться и не скатываться в смущение.
Когда во двор въехала белая машина, оформленная наклейками таксопарка, Катерина невольно поморщилась. Вопреки минутной неловкости, ей не хотелось расставаться.
— Такси… – сказала она, поскольку Самойлов стоял спиной к арке, что вела из двора.
Отточенным движением подхватив с лавочки сумку, Олег бросил ее на заднее сиденье. Прежде чем сесть в машину, он запечатлел на губах Кати короткий, но властный поцелуй.
— До вечера, Кнопка.
Глава 40
Вика сидела в небольшой кофейне. Помешивая почти остывший эспрессо, к которому так и не притронулась, она изредка бросала раздраженные взгляды на смартфон. Бесполезный кусок пластика! Как она не стремилась разглядеть хоть что-то в социальных сетях, ничего нового так и не наблюдалось.
Катя не выкладывала интересных сторис, не публиковала восторженных постов о любви, даже почти не выкладывала подробности работы над романом. Самарцева просто равнодушно молчала. Впрочем, равнодушия в этом было даже меньше, чем холодной отстраненности.
Их дружба, что годами укреплялась полночными звонками и долгими беседами до утра, теперь почти застыла. Катя как будто исчезала из жизни Вики подобно испаряющимся чернилам.
— Ты сегодня какая-то потерянная, – отвлек ее от размышлений приятный голос Вадима.
Вика даже слегка вздрогнула. Она настолько ушла в себя, что забыла о своем спутнике. Внимательный, предсказуемый до тошноты и влюбленный в нее, он терпеливо ждал, пока она обратит на него внимание. А еще, Вадим был именно тем инструментом, в котором так нуждалась Вика. С его помощью можно было узнать все, что требовалось. Не прилагать каких-то усилий, не изобретать способов – просто взять за руку или улыбнуться чуть более интимно и – все. Он расскажет ей даже то, чего не знает.
— Все в порядке? – поинтересовался лучший друг Олега Самойлова.
— Извини. Я задумалась насчет Кати, – ответила Вика. – Она что-то притихла вообще. Боюсь, как бы не вышло чего…
— В смысле?
— Ну, там все сложно, – обтекаемо ответила она, не желая вдаваться в подробности. – Беспокоюсь я относительно ее отношений с Максимом. Еще этот Олег…
Вадим усмехнулся, чем неожиданно взбесил Вику. Его уравновешенность и спокойствие все чаще выводили ее из себя.
— Чего смешного? – отрывисто бросила она, делая глоток из чашки.
— Не думаю, что Олег сейчас является проблемой.
— Ну, конечно, – фыркнула она в ответ. – Чего ждать от него непонятно.
— Да не надо ничего ждать. Он же приехал. Вот… – Вадим взглянул на часы, чей серебристый браслет плотно облегал его запястье. – Пару часов, как уже здесь. Ты не знала?
Вика ощутила, как внутри все сжалось и похолодело. Рот наполнился тягучей соленой слюной. Прилетел… А Катя даже не намекнула! Желая скрыть дрожь в руках, Виктория поставила чашку на стол.
— Знала, – солгала она. – Конечно, я знала. Просто… забыла.
— Не выдержал, – склонился над столиком Вадим. – Примчался. Знаешь, – доверительно понизил голос, – я не видел в нем прежде такого интереса. Обычно, знаешь, как все музыканты, получил порцию вдохновения и в архив свою новообретенную Музу, а тут…