— Я уже думала об этом, – кивнула Катя. – Скажу честно, Олег, я не сразу связала все это между собой. Теперь больше склоняюсь к тому, что не без помощи Максима Арсений решил нанять именно меня.
— Вот и я о том, – согласился Олег. – Он пытается держать руку на пульсе, присутствовать в твоей жизни.
Она отвела взгляд, рассматривая насыщенно-оранжевые бархатцы, что распространяли по саду терпкий аромат. Олег даже не подозревал, насколько был близок к истине. Это был идеальный момент, чтобы рассказать Олегу чуть больше о том, что такое максим Кремер в ее жизни. Вот только это воспроизведет эффект разорвавшейся бомбы. Катя не была готова разрушать то, что между ними было.
— Если разобраться, мне плевать кто чей друг, – вполне искренне ответила она. – Столетов отлично платит, а мне нужно оплачивать счета и на что-то жить, пока я не найду работу.
Сделав шаг в ее сторону, Олег взял руку Кати в свою. Легкое пожатие его сильных пальцев подарило тепло и подобие уверенности в том, что ей удалось выглядеть убедительной. Этот жест пробудил в душе Самарцевой дремавшее до этого момента чувство саморазрушения. Она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы невыносимого стыда. Разговаривать с Олегом, оправдываться, быть здесь – все это давалось с таким трудом, что хотелось забраться в какое-то темное место и больше не высовывать оттуда нос.
— Понимаю, Кнопка, – кивнул Самойлов. – Я почему завел эту тему? Хотел сказать, что если тебе будет сложно справляться со странностями этого художника, ты всегда можешь бросить его мемуары. Насчет финансов не переживай, у меня достаточно возможностей, чтобы…
— Нет, Олег, – перебила его Катерина. Понимая, что возражение прозвучало излишне эмоционально и резко, уже мягче добавила: – Я больше не возьму у тебя денег. То, что ты перевел, я потратила на дорогу. Ладно. Но не нужно, прошу тебя. Я – не содержанка.
— Боже… – Олег прижал ладонь ко лбу и отвернулся на какое-то время, переваривая услышанное. – Причем здесь это?! – когда он снова взглянул на нее, в глазах музыканта читалось такое возмущение, что Кате стало не по себе.
— Не нужно больше переводов, – решительно повторила она, без труда выдерживая этот полный праведного гнева взгляд.
— Хорошо, – поднял руки он, словно сдаваясь. Подойдя ближе, притянул к себе и поцеловал в макушку. – Мы больше не будем говорить об этом.
Глава 63
Катя с интересом огляделась вокруг. Пока Инга делала заказ, Самарцева разглядывала уютный бар – оригинальные бутылки из-под вина на окнах, подвешенные на длинных шнурах небольшие лампочки, приглушенная музыка, развешенные на всех четырех стенах экраны-караоке – все это создавало удивительно приятную атмосферу.
— Здесь классно, – наклонилась над прямоугольным темно-серым столом Елизарова. – Тебе понравится.
— Мне уже нравится, – улыбнулась Катя, которой понравилось еще и то, что кроме них в баре пока никого не наблюдалось.
— Здесь аншлаг по выходным, – словно читая ее мысли, проговорила Инга. – Будни радуют тишиной и возможностью поговорить.
В который раз удивляясь, насколько схожи их мысли и предпочтения (по крайней мере, те, о которых было пока известно), Катя взглянула на клавишницу «Бесов». Очень приятная, но не лишенная той особенной привлекательности, что присуща всем творческим людям. Все же, в музыкантах была какая-то своя изюминка, которая отличала их от всех других. Вот и Инга, такая утонченная, с длинными темными волосами, глубоким взглядом и контрастно белой кожей, выглядела нежной и буйной одновременно.
— Тебе любопытно, да? – поинтересовалась Елизарова.
Катерина приподняла бровь, не совсем понимая, что имела в виду ее новая знакомая.
— Ты так рассматриваешь меня…
Самарцева немного смутилась, но Инга тут же поспешила успокоить ее:
— Нет-нет, это ничего. Я привыкла к тому, что на меня постоянно смотрят – это часть моей профессии. Просто ты другая…
— Знаешь, я так и не сказала тебе «спасибо» за то, что ты сделала, – сказала Катя. – За то, что ты позвонила мне тогда.
— Это все фигня, – покачала головой Елизарова. – Я просто хочу, чтобы Олег был счастлив. Если твое присутствие в его жизни даст ему хоть часть того покоя и баланса, к которому стремится Самойлов, пусть так и будет.
И в эти мгновения Катерина вдруг очень четко осознала главное: Инга говорила об Олеге с таким же выражение в глазах, как Максим Кремер – о ней самой.