Встретились ребята на шестом этаже.
- Ну что? – с опаской посмотрел на старосту Юра.
- Всё окей! – стукнул его по плечу Высоковский. – Не расстраивайся. С кем не бывает!
Правильнее было бы ответить на вопрос: с кем такое бывает.
«Наверное, только со мной», - со вздохом подумал Юрец, открывая дверь в свою комнату. Зашел и застыл. Всё оставалось нетронутым, и только гитара лежала на кровати с порванными струнами. И показалось Юрию, что больно не только ему, но и самой гитаре…
- Вот так дела… - Альберт постучал костяшками пальцев по корпусу инструмента, оглянулся. – Дверь заперта была на ключ, значит, это кто-то из твоих соседей по комнате. Кому дорогу перешёл, думай!
- Да никому…
- Не ссорился? Не грубил? В нос не дал? Тогда странно. Ладно, потом разберётесь.
Обратно Высоковский опять поехал лифтом, который притворялся не взбесившимся, а вполне адекватным. А Смирнов пошагал по лестнице, едва не плача. Любимая гитара. Кто ж её так? За что? Струны теперь придётся новые покупать.
- Эй, ты где застрял?
Голос Альберта раздавался внизу, и Юра обнаружил себя снова на шестом этаже, возле своей комнаты. Так спускался ж. Зачем поднялся? Почему не помнит этого?
- Иду!
Собрался уходить, и вдруг явно услышал за дверью тихое тенькание гитары. С порванными струнами!
На сердце стало холодно, и Смирнов, не оглядываясь, побежал на голос Высоковского, который продолжал его звать. На этот раз всё было нормально. Ребята вернулись в холл. Альберт развёл руками и объявил, что по техническим причинам концерт отменяется и петь придется «а капелла», для тех, кто не понял – без музыки.
- Ну, чтоб петь, мне нужно еще выпить, - сказал Чук и наполнил стакан. – Третий тост, как и положено, за любовь!
- За любовь! – подхватили остальные.
А Юрец без сил опустился на свой стул, радуясь, что вокруг знакомые все лица и привычная обстановка.
После третьей народ раскрепостился, спел нестройным хором «Как здорово». Затем еще раз «Как здорово», на бис. Затем «Из вагантов». Затем еще несколько песен, как классически студенческих, так и студенческих народных.
Затем в дверь кто-то постучал.
Клим Грозный. 22.00.
- Тук-тук, - говорю. Разрешите присоединиться к вашей весёлой компании?
В проёме двери в небрежной позе застыл красивый элегантный парень в модном прикиде. Тёмно-каштановые волосы снизу выбриты, а сверху свисают длинной челкой, прикрывая край карего глаза и левое ухо с серьгой-конго, свидетельствующей об ориентации на женский пол. Стильный. Известный всему институту, Клим Грозный. Единственный сын крупного начальника, уверенный, что ведёт родословную от известного царя Ивана Грозного, и частый виновник женских слёз. Хотя, кто им, этим женским слезам, виноват? Всех же не обласкаешь.
Клим был местным, и никто его увидеть в общежитии не ожидал.
- Клим? – только и вымолвил разочарованно Высоковский, уж ему соперник был вовсе не нужен, и так приходилось прикладывать немалые усилия, чтоб оставаться лидером, но Грозный без всяких усилий мог перетянуть бразды правления этим небольшим обществом на себя.
- Клим!! – Чук и Гек, тоже одногруппники Грозного, напротив, обрадовались. – Тебя нам и не хватало! Заходи! Будь, как дома, но не забывай, что в гостях!
Остальные тоже зашумели, захлопали в ладоши.
Грозный вытащил из-за спины небольшую, сантиметров тридцать, искусственную ёлочку, украшенную одинаковыми серебристыми шариками.
- Так и знал, что вы без ёлки! Как можно без ёлки Новый год встречать?
- В общежитии строго запрещено ёлку ставить, - напомнил Высоковский.
- Так то ж настоящую, - парировал Клим. – А такую можно. Куда её?
Девчонки живо разгребли центр стола, освобождая место. А Анжелика, незаметно сползшая с колен Высоковского, уже поставила около себя стул и призывно махала гостю.
- Какими судьбами в наше скромное жилище? – спросил Шило.
- Из дому ушёл.
- Во Колобок! Под Новый год?
- Ну, не то, чтобы ушёл… С родителями поцапался.
На самом деле, Клим должен был в столицу с друзьями лететь, но родаки его заперли. Из-за трояка по последнему экзамену, у них договор был, чтоб без трояков. Но остальные-то все четвёрки, можно было и скидку сделать. Клим обиделся и, когда его выпустили после отлета самолёта, ушёл из дому. А так как за два часа до Нового года было бы сложно найти хорошую компанию, решил не мудрить, а поехать в общагу, где, наверняка, весёлая тусовка будет. Девушка, с которой он сейчас встречался, улетела в столицу без него, так что можно было развлечься на полную катушку.