Девятый этаж встретил студентов открытым небом цвета горчицы, слегка подсвеченным невидимым светилом. В нём спокойно плавали огромные, как дирижабли, прозрачные амёбы. Их тела обозначали только радужные переливы, как у мыльных пузырей. На то, что происходит под ними, они не обращали ровно никакого внимания, и ребята, постояв с минуту с открытыми ртами, продолжили путь.
Клим остановился около первой двери.
- Держимся все вместе. Смотрим внимательно, если увидели что-то необычное, сразу же сообщаем всем. Берём сумки и всё, что найдем, необходимое для выживания и съедобное. И не смотрите на меня так. Никто не знает, сколько времени всё это будет продолжаться, а еды у нас уже нет.
- Нормально, - кивнул Сирота. – В общаге вся еда – общая. Да и, вообще, у нас форс-мажор.
Одну за другой ребята обыскали комнаты. Ничего аномального не обнаружили, а из полезного – пачку сушки и бутылку с минералкой.
На восьмом этаже горчичного неба не было видно, но, при виде вошедших, разпрыгались в разные стороны синие кузнечики и исчезли в стенах. Крупные кузнечики. Климу по пояс. Анжелика в своей комнате переоделась в привычную одежду, вернув близнецам неуклюжий длинный свитер. Даже унты надела. Набросала полный рюкзак импортных печенюшек и разных нужных вещей. И нож взяла, несмотря на скептические улыбки некоторых. А кто знает, что такая «фифа», как она, приезжая на лето в село к бабушке, снимает высокие каблуки и играет с местными пацанами в «ножички», гоняет на мотоцикле, босиком ловит лягушек на болоте и лазает по верхушкам шелковиц за сладкими плодами?
Больше на этаже ничего, кроме фонарика и пачки салфеток, обнаружено не было. Сюрприз ждал в технической комнате, короче, кладовке. Лишь ступив через порог, Грозный провалился, причем, старый линолеум сошелся над его головой, словно ничего и не произошло.
- Клим! – заорала Анжелика и бросилась ножиком отдирать линолеум и ковырять бетонный пол.
- Стой, помогу! – Юрец тоже достал благоразумно прихваченный с собой нож.
Клим Грозный. 02.30.
Но тут с лестницы раздался голос Клима.
- Ребя! Я в норме! Просто на седьмой этаж провалился.
Все вздохнули облегченно. Грозный обвёл глазами уже немного расковырявших бетон Анжелику и Смирнова:
- Молодцы, не растерялись. Теперь вооружаемся швабрами, будем пол перед собой прощупывать. Идём, на седьмом, вроде, спокойно.
На седьмом, действительно, было спокойно. Только в каждом холле на том месте, где стоял холодильник, лежала кучка белоснежного песка. Кто таким образом «упокоил» холодильники, осталось неизвестным.
На шестой этаж спуститься не удалось. Вода затопила холлы и вытекала на площадку перед лифтом, срывалась с шумом вниз. Клим с Юрой вернулись на седьмой, где видели в разных комнатах резиновые сапоги. Вдвоём им прншлось и обследовать этаж, пока остальные ждали на лестнице, над уровнем воды. Ребята думали, что кто-то забыл закрутить кран на кухне, но ошиблись. Гейзер бил прямо посреди одного из холлов, так что резиновые сапоги не спасли, промочило с ног до головы. Ничего важного не обнаружив, ребята вернулись к товарищам. Нужно было спускаться ниже.
Юрец взвалил на спину Лину и перенёс на следующий лестничный пролет, он, на удивление, был сухим. Клим таким же образом доставил Анжелику. Затем они переправили Котю и Зули. Остальные хотели идти по воде, но Клим остановил их, он снял сапоги:
- Юр, отнеси Ивану, нечего ноги мочить, хватит того, что мы с тобой вымокли. Лекарств от простуды здесь не предусмотрено.
Таким образом, спустились остальные. Только Альберт, не ожидая милости, сам перебрёл водную преграду.
- Наверное, весь наш пятый затопило, - грустно проговорила Котя.