— Когда и где нужны люди? — я попросил Лазаря записать мне на листочке время и место, откуда пойдет товар.
Вопрос с людьми я решил скинуть на брата — а что, пусть отрабатывает долю. Машин им Хромой выделил в достатке. Люди боевые есть. Пусть отправит одну из своих «девяток» с бойцами сопроводить груз.
— И много запросил этот Афанасий? — уточнил я, закидывая сложенный лист бумаги себе в карман.
— Сторговались на шестистах рублях! Он таки хотел тысячу, но вы же понимаете — я не мог позволить обобрать себя как липку! Еврей я или не еврей? — Лазарь победно приподнял вверх указательный палец. — Зато с этой недели паром будет совершать поездки дважды в неделю. И Афанасий Петрович заверил меня, что вполне может совершать три доставки в месяц. Вы таки представляете, молодой человек? До праздников мы вполне можем перевезти сюда от ста двадцати машин! Это же потрясающе!
— Это и правда хорошие новости. А кому их сбывать — у вас есть? — уточнил я, отпивая горького напитка из кружки.
— Имею представление, — расплывчато ответил мужчина. — Или вы таки думаете, что Котов Иннокентий Васильевич один такой, кому «фонд развития» карман жжет? Кстати! — хлопнул себя по лбу Лазарь. — Про Котова! Мне таки одна сорока на хвосте принесла: готовится поставка металла в Финляндию под праздники. На будущей неделе сдам компьютеры и заодно таки обсужу этот вопрос с Иннокентием Васильевичем. Может и сговоримся с ним на пару вагонов.
— Получается, одни хорошие новости? — улыбнулся я.
— Получается, что и так, — кивнул Лазарь. — А может, коньячку французского по этому случаю? — поднялся мужчина на ноги и, открыв дверцу шкафа, достал одну из стоящих там бутылок с иностранной этикеткой. — Только прошу вас, молодой человек, вы таки ни слова моей Розочке! У нее же сердце!
Выпив с Лазарем по паре рюмок и обсудив кое-какие технические моменты, я поднял тему о покупке кое-чего для себя. И получил заверения, что Лазарь обязательно передаст с Лешей для меня несколько коробок немецких конфет «Merci». Кстати, знакомый бренд ещё по моей прошлой жизни — очень популярный в России двадцатых. Ещё пару «Шанелей» и пару флаконов «Givenchy Gentleman» лично для меня. С мужской парфюмерией в СССР, как оказалось, было куда сложнее, чем с женской. Порадовал меня компаньон и новостью о том, что имеет в загашнике несколько жестяных банок бразильского растворимого кофе «Café Pelé». А ведь мне всегда казалось, что брен легендарного футболиста появился в России в 90ые.
Рассчитавшись с мужчиной на месте и пообещав, что машина в воскресенье в обозначенный час будет на месте, а номер, марку и цвет передаст Лазарю Шульц, мы распрощались до следующей недели.
Выходя из кабинета, я взглянул на часы — время было обеденное. А значит до встречи с Митяем я вполне успевал перекусить и заехать к брату. Не будет его — хоть на тренажёрах позанимаюсь. Форму надо поддерживать при любом удобном случае.
Глава 16
27 ноября 1988 года, г. Лобня. Святослав Степанович Григорьев
— Сегодня мы нажрёмся, — безапелляционно заявил мне Митяй и пнул носком начищенного ботинка камушек под ногами.
Это были первые слова Олега, когда мы встретились с ним вечером у «Чебуречной» в Лобне на авторынке. Хмурое лицо, новый иностранный спортивный костюм, серая аляска и туфли на меху — хоть сейчас на бал или на самую модную перестроечную дискотеку.
— А повод какой? — всё-таки протянул я руку парню и крепко сжал его ладонь.
— Все бабы — суки, — подумав, выдал Олег.
— Это не повод. Это факт, — пожал я плечами, вызвав смешок у стоящего рядом Сокола.
Митяй махнул рукой, и мы двинули к машинам. Я и Олег сели в новенькую «девятку» с Соколом на руле, а четверо крепких, смутно знакомых на лица парней в спортивных костюмах погрузились в жёлтую «шаху».
— Охрану себе завёл? — посмотрел я в заднее стекло на то, как «шестёрка» выезжает вслед за нами.
— Да пришлось, — угрюмо посмотрел на меня Олег. — В лесах, блядь, сейчас прохладно. Простужусь ещё, — мрачно хмыкнул парень, намекая на нашу недавнюю поездку в лесопарк в сопровождении военных.
— Ну а что? Всё верно рассудил. Дела идут — список желающих отнять у тебя кусок будет только расти, — подмигнул я парню. — Считай, я сделал тебе одолжение.