— Да без базара, Славян. Чо я баклан, что ли? — фыркнул парень с легкой обидой, но быстро приободрился, завидев официанта, — о! пивка принеси! Нарезки, какие есть все неси. Горячее тоже. Чо из горячего есть?
— Могу посоветовать антрекот с пюре. Пельмени тоже вкусные. Сметану из деревни возим. Густая, аж ложка стоит.
— Пельмени, — неожиданно выпалил Миша, чуть не давясь слюной, — две порции.
— Давай на всех пельменей. По две порции, — согласился я. Посмотрел вопросительно на Вову, тот махнул рукой и кивнул:
— Ну что с вами поделаешь? Тогда раз пельмени, пива не надо. Тащи водку бутылку. Только «Столичную»! И при мне распечатай.
— А нам кофе принеси вареный, — добавил я и покосился на Вована. По ходу сегодня печени парня снова передышки не видать.
Минут через десять, когда мы уже пили кофе и вяло ковырялись в сырной и мясной нарезках, появился Серега с портфелем в руке. Мой кооператор привел себя в форму: побрил бороду, подстригся, уложив волосы на бок и сделав сбоку пробор, надел свежую белую сорочку и синие джинсы. Короче, выглядел свежо и опрятно. Поздоровавшись с присутствующими и с опаской покосившись на Вована, Сергей снял куртку и присел за стол.
— Ну что? Как на строение? — спросил я парня. Нам как раз принесли пельмени и поставили на стол, — с деньгами все ровно?
— Да, — Сергей снова покосился на Вову, нагнулся и одними губами прошептал, — наскреб шестьдесят пять тысяч.
— Ну нормально, — я размазал густую сметану по пельменям, подцепил ложкой один и отправил в рот. Горячий сок божественным нектаром растекся по языку. Прожевав, я довольно кивнул, — и правда вкусно, — краем глаза заметил, как крепкий парень в пиджаке и с короткой стрижкой, явно охранник, заметив появление Сереги, двинул в коридор с противоположной от сцены стороны, — ща по ходу придет твой Саныч, — ткнул я ложкой в сторону удаляющейся широкой спины «мастера ворот».
— Слышь, а этот твой Саныч, он вообще кто? — обратился Вова к Сереге, впрочем, без особого интереса. Футболист азартно накалывал пельмени на вилку и отправлял в рот. Чем вызывал у меня немалое раздражение. Кто ж пельмени ест вилкой?
— Кооператор он. Владеет этим рестораном. Дела какие-то с директором гостиницы ведет. Деньги в рост дает, под проценты, — пожал плечами Сергей. Он ничего заказывать не стал, немного затравленно озирался по сторонам, и явно мандражировал перед встречей.
— А он под кем? — задал новый вопрос Вова, — я так-то из Химок только за Тараса слыхал. Но этот воровайка на ликёро-водочном сидит и так, вопросы по городу разруливает спорные. Типа, арбитр. Ха! Ему вроде кооператоры мелкие до фонаря были всегда. А про большие бригады в Химках ни разу не слыхал. Мелочь только если какая есть.
— У него брат глава отдела торговли и общепита в горисполкоме Химкинском.
— А. Ну тогда понятно. Ничейный выходит, — кивнул Вова, посмотрел на меня и многозначительно подмигнул.
В этот момент из коридора, в котором недавно исчез охранник, вышел щекастый мужичок невысокого роста лет сорока пяти с изрядной залысиной и пивным брюхом. Одет он был в дорогой костюм с отливом, явно сшитый на заказ, и в белую рубашку. Рядом с ним шел мрачного вида мужик лет тридцати пяти с внимательными глазами и уродливым шрамом, тянущемся через всю правую щеку от подбородка до уха. Пробежавшись по нам оценивающим взглядом, военный, а мужик явно был военным, щелкнул пальцами трусящему за ним мастеру ворот. И тот моментально подхватил два стула с высокими спинками и поставил их сбоку от нашего стола.
— Приятного аппетита, товарищи, — произнес толстяк высоким, немного певучим голоском. Оба мужчины присели на стулья, — а это что ж, Сережа? Что за друзей ты с собой привел?
— Слава Студент. Это Миша, это Вова, — представил я своих друзей, — а вы, я так полагаю, Михал Саныч?
— Верно, Михаил Александрович Власов. А вы к нам пообедать зашли? Или с какой целью?
— С целью обсудить и решить возникшее между вами с Сергеем недоразумение. Но и поесть заодно. Пельмени у вас и правда чудесные.
— Совершенно верно. Мясо, молоко, сметана — все свое. Есть, так сказать, подшефная деревенька Лугинино на 25 дворов. Тут неподалеку. Вкуснее в Химках вас не накормят. Будьте совершенно уверены, — не без гордости в голосе заверил кооператор. Достал платок и вытер пот со лба, — а про недоразумения. Так вроде и нет никаких недоразумений? Есть долг в сто двадцать пять тысяч рублей плюс пять процентов за просрочку, — Саныч покровительственно посмотрел на Сергея, — это я еще за этот месяц не посчитал, по доброте, — снова перевел взгляд на меня, — только какое вы отношение к этому вопросу имеете, я совершенно не понимаю?