— Алик, а ты чо бля в обуви приперся? — поднял на меня глаза меченный, прищурился, на лице его начало появляться удивление. Он отпустил девчонку и привстал, приоткрыв рот что бы что-то сказать. Очевидно, парень распознал во мне чужака, но было уже поздно. Макаров дернулся, в комнате бахнуло, поднос упал на пол, громко звякнув стеклом от разбитых тарелок. А охранник местных насильников схватился за грудь, ноги его подкосились, и он бахнулся сперва на колени, а потом завалился на бок. Девчонка вскрикнула и подтянула ноги к груди, прикрыв лицо ладошками.
Я резко повернул голову влево и сделал два шага ко второму дивану, стоящему в углу, с двумя вдатыми мажорами, сидящими на нем. Возле них на журнальном столике лежал мешок с травкой, и парни сейчас были сильно заняты потрошением папирос «Беломорканал». Оба пацана признаков паники не выказывали, лишь поморщились от шума и с раздражением смотрели в мою сторону, совершенно точно не осознавая размеров надвигающихся на них звиздеца.
— Привет от Авриль, — тихо прошептал я и сделал два выстрела. Один попал точно в грудь пацана в желтом свитере. Точно в сердце, «желтый» упал на спинку дивана и замер, глаза его двумя стеклянными шариками удивленно смотрели на меня. Второй, в красной шелковой рубашке, получил пулю в живот. За который он немедленно схватился и стал громко орать, катаясь по полу и щедро поливая кровью серый паркет.
— Заткнись уже, сука, — я подошел и опустил рукоять пистолета на затылок Болека. Или Лёлека? Видел я мажоров впервые, потому совершенно не различал кто из них кто. Бить пришлось дважды. Как ни странно, в сериалах всегда хватало одного удара по затылку. В реальной же жизнь попадались индивиды, что не отрубались и от двух.
— Ты как? — я сунул ствол в карман фуфайки и осмотрелся. Вроде все спокойно. Подошел к девушке, которая сжалась в комок и дрожала всем телом, — успокойся. Все кончено. Ясно? — услышав мои слова девушка перестала дрожать. Громко всхлипнула и продолжила прикрывать лицо руками.
— Посиди, я осмотрюсь нет ли кого еще, — проверка дома подтвердила мои прикидки: больше людей в нем не было. Вообще, если уж совсем без дураков, в любом другом раскладе, от девчонки бы тоже избавились. Она свидетель, свидетель ситуации, которая тянула на расстрел. Но у меня просто рука бы не поднялась, в конце концов я вроде как ее спасать кинулся. Потому подобный вариант я даже не рассматривал, просто отметил для себя в голове.
— А вот это интересно! — открыв чулан мой взгляд зацепился за веревку. И тут же в голове появилась безумная идея, которая показалась мне интересной и которую в 21 веке молодежь назвала бы емким иностранным словом: троллинг. На ее реализацию я и потратил еще с десяток минут, окончательно измазав фуфайку Алика кровью.
— Пришла в себя? Нам надо валить, — когда я вернулся в зал, девушка уже убрала ладони от лица, и глазами полными ужаса осматривала труп парня с ожогом на лице. Посмотрев на меня, она помолчала какое-то время, а потом представилась:
— Я Саша, — первый шок прошел, в глазах девчонки начала появляться хоть какая-то осмысленность.
— Ага! Шурик значит, пошли. Надо валить! — я взял девушку за руку и потянул за собой. Некогда было ждать пока она сама начнет передвигаться. Мы вышли во двор, замерли, вроде все было тихо. Только где-то в соседских дворах громко лаяла дворовая собака. Я указал рукой на Волгу, — ворота открой и садись. Я щас, — подтолкнув девчонку к машине и не дав ей засыпать себя идиотскими вопросами, двинул к гаражу. Там все оставалось так же, как и после моего ухода. Первым делом вложил ствол в руку убитого Олега, скинул на него фуфайку, обильно измазанную кровью. Туда же шапку и перчатки. Следом забрал свою куртку из салона восьмерки, надел ее, накинув капюшон, и вернулся во двор. Умница Саша успела уже отпереть ворота и сидела на переднем пассажирском сиденье, внимательно наблюдая в окно за моими действиями. Махнув ей, мол все нормально, подошел и сел за руль. Хорошо ключи были в зажигании, про них я изначально не подумал, а в дом возвращаться совершенно не хотелось.
— Тебя как зовут? — спросила Саша через какое-то время, когда мы уже приближались по проселочной дороге к Дмитриевскому шоссе.
— Шурик, а тебе не все равно? — не поворачивая головы, пожал я плечами, а потом усмехнулся про себя и все же ответил: — Олег я. Из Балашихи. Эти гады мою сестру… того. Вот я и приехал мстить.
— Я не Шурик, а Саша, — надула губы девчонка. Ну тут сама виновата, раз одеваешься как пацанка, то будь готова к тому, что тебя и обзывать будут мужскими именами.