Глава 18
По стопам отца Федора
— Что-о? Двадцать рублей за прекрасный гарнитур? — лицо хозяйки от возмущения даже покраснело.
— А сколько вы хотите? — задал я вопрос тоном еврея из анекдотов.
— Мебель я вам продам за двести пятьдесят рублей, не меньше! — отрезала женщина.
— Это за письменный стол и два кресла? — я решил уточнить.
— Да!
Признаться, сам не пойму, зачем вообще я завел речь про письменный стол. Может, чтобы отвлечь внимание от кресел? А то подозрительно слишком — пришел незнамо откуда человек и настойчиво предлагает купить именно кресла. Со столом как-то более функционально, тем более хороший стол действительно сложно найти, а мода на ретро сейчас на пике находится. Мебельная старина тоже любителей имеет немало, хотя народ предпочитает дореволюционные изделия. А вообще народ по деревням напропалую скупает предметы старины: иконы, сундуки, даже заброшенные за ненадобностью древние прялки.
Самовары тоже пользуются спросом, правда, используют их в основном как декор. Как нынче горожанину в квартире растопить настоящий самовар на угле или дровах? На балконе, разве что, да и то очень легко пожар устроить. В старинных домах еще можно там печи есть и специальные каналы, чтобы трубу самоварную вставлять. Иначе-то всю кухню продымишь.
Но 250 — в любом случае дорого, меня просто не поймут, если не стану торговаться. Сбить до 150 — это вряд ли, но вот до 200 надо постараться.
В общем, начал я понемногу, по червончику набавлять. Хозяйка кремень — 250 и точка. Вот же, я реально сейчас на отца Федора из фильма «Двенадцать стульев» похожу, осталось только жалобно покричать «матушка, назначьте же цену» и пинджак с карманами даром предлагать [1]. Хорошо хоть инженера Брунса в окрестностях не видно и собаки нет, а то бы точно ее со мной разобраться выпустили.
Назначьте же цену! Кадр из кинофильма Л. Гайдая «12 стульев»
Наконец я до двухсот добрался и завопил с досады:
— Ну, дорого это — 250! Давайте тогда только кресла возьму за сто!
Хозяйка погрузилась в размышления:
— А почему кресла, а не стол?
— Да потому что кресла можно поставить сами по себе, а для такого стола современный стул не подойдет, надо что-то аутентичное, — буркнул я.
Нет, я понимаю, что веду себя по-свински, я бы даже был не прочь поделить деньги пополам. Вот только не уверен я, что хозяйка согласится на такую дележку. Заявит, что это ее имущество. Но это бы ладно, хуже другое — всплывет, что я знал о кладе. Сразу возникнет вопрос — откуда сведения и не знаю ли я еще что-то такое же выгодное. И тут уже кому информация попадет — органам или криминалу. И еще неизвестно, что хуже. Но и те и те колоть будут жестко. На стороне первых профессионализм, у вторых же жестокость и полное пренебрежение к моему будущему здоровью и жизни. Отрежут пальчики и запою я соловьем. Так что, как бы мне не хотелось полюбовно разойтись, но рисковать я не буду, а потому продолжу торговаться.
Хозяйка мебелей сообразила, что часть сделки срывается. Судя по ее виду, ценностью старое имущество она совершенно не считала и рада была избавиться от этого старья. Тем не менее она была настроена выжать все возможное из подвернувшегося случая.
— Ладно, — сказала она, — Двести двадцать и это окончательная цена.
Я помолчал, делая вид, что обдумываю предложение, наконец, горько вздохнул.
— Хорошо, — потом добавил, — По рукам.
— Тогда попрошу деньги и забирайте мебель.
— Нет, так не пойдет, — запротестовал я, — Я же даже не знал, что вы будете дома. Что я — больной, вечером по Москве разгуливать с такими деньгами? И как я вывезу на ночь глядя стол? Он же тяжеленный, да и кресла не легкие. Еще мне нужно машину найти. Давайте так — я договорюсь в течение трех-четырех дней о транспорте, потом зайду или позвоню вам, чтобы согласовать день. Тогда сразу забираю вещи и расплачиваюсь.
Пришлось еще поспорить. Хозяйке такой алгоритм не особо понравился, потом она начала требовать залог. Я в свою очередь согласился на десять рублей, но, если мне выпишут расписку. В общем, взаимное недоверие обе договаривающиеся стороны продемонстрировали в полной мере.
В конце концов, хозяйка согласилась дать мне номер телефона. Сошлись на том, что я завтра вечером позвоню ей, подтвердив покупку, а еще через день или два сообщу, когда смогу подъехать за предметами обстановки. Кончилось тем, что пришлось согласиться на 230 рублей с дополнительной десяткой «за беспокойство».