Наконец, показалась хозяйка. Я переднее кресло уступил, чтобы ей было удобнее показывать Васе дорогу. Нынче навигаторов нет, про них даже в фантастической литературе не упоминается. Расскажи кому про такой гаджет, фантазером посчитают, даже нет — записным вралем, вот так точнее.
Когда приехали на Сокол, грузовик уже стоят у ворот дома. Васильевич показал себя изрядным педантом, что меня порадовало. Рядом с машиной маялось четыре веселых и готовых на трудовые свершения студента. Кстати, пока ехали, я еще у хозяйки настольную лампу и буфет сторговал, отдав на круг 300 рублей. С учетом того, что я уже потратил рублей 50 на всякие мелочи и Васе отдал 100, у меня осталось всего 250 рубликов. А еще 100 уйдет опять Васе и сейчас 40 передам водителю и грузчикам. В итоге в бумажнике будет всего сотня с копейками. Но я не переживаю, даже, если ничего я в мебелях не найду, то не страшно. Я перед тем, как отправиться в столицу, с Ксанычем договорился, что он мне, если что, сделает перевод на 250 рублей. Я ему пообещал, что сразу по приезду отдам, деньги, мол, есть. Объяснил, что опасаюсь брать с собой слишком много, столица, есть столица, соблазны на каждом шагу, сколько ни возьми, все разойдутся. С этим комендант согласился, пообещав, что будет путем.
Студенты в два счета погрузили мебель в кузов, я только лампу в багажник Жигуля положил, завернув для верности какими-то тряпками, а то плафон на ней хоть и толстый, но стеклянный. Грузовик поехал напрямую в Щукино, а мы завезли сначала хозяйку домой, где я ее проводил до дверей подъезда и распрощался, сообщив, что возможно, позвоню еще раз, но тут уж, как получится.
Домой успели как раз, когда фургончик Васильевича подъезжал. Работы студентам оказалось не так и много — в доме грузовой лифт имеется с большой кабиной и широкими дверями. В нем и подняли все предметы, только стол пришлось на бок ставить. Минут за двадцать с работой управились. Я сразу с водилой рассчитался, а студентам пятерку добавил премиальных, все же насчет буфета мы не договаривались. Парни попрощались и довольные убежали к себе.
Мебель пока складировали в спальне. Когда я поднялся наверх, Вася с недоумением рассматривал мою прелесть.
— И нафига тебе это старье? — задал он вопрос.
— Да это не мне, это тесть любитель ретро, так что деньги не мои. Ну, хочет человек, нравится ему, что тут поделать? — тут же перевел я стрелки.
Ну, да, знаю, врать нехорошо, даже постыдно, зато правду говорить порой вообще для здоровья вредно, а я всегда выступаю за благополучие хороших людей, к которым я отношу не только себя самого, но и всех моих родных, друзей и знакомых.
— А вообще, ты не смотри, что мебель старенькая и поцарапанная. Это ведь не ДСП. Настоящий деревянный массив, не хухры-мухры, отполировать в два приема наждачкой, потом лаком вскрыть в два, а то и три слоя, да тоненько. Будет выглядеть лучше нового гарнитура. Я тебя уверяю — хозяйка изрядно продешевила. А главное — эти вещи из моды не выйдут, всегда потом продать можно будет, если вдруг надоедят. Это не современные модные гарнитуры, на которые уже лет через десять без слез не взглянешь.
— Ну, ладно, а везти как? Тебе ж в Магадан все это переть! — Вася еще раз критически осмотрел мебель, — Дорого же и чем? Самолетом что ли?
— Зачем самолетом? Я уже с Васильевичем говорил, у него экспедитор знакомый, так что все будет по уму. Закажу контейнер-пятитонку, позову пацанов. Поставим мебель, дверь опечатают и пусть себе едет на Восток. Железкой довезут ее до Владика, Владивостока, — поправился я, увидев, как Пяткин вопросительно задрал брови, — А там груз подадут на корабль и выгрузят прямо в порту Магадана.
— Долго, наверное, идти будет?
— Ну, и что? Нам не к спеху, весной придет и нормально. В контейнере сухо, главное раскрепить вещи надежно. Отлично все доберется.
Вася пожал плечами, словно говоря: «твое дело, делай, что хочешь».
— Слушай, — сказал я, — Завтра праздник, давай лучше по пивку, я взял по три бутылочки и орешки солененькие на закуску. Предварительно отпразднуем?
— А когда успел? — удивился хозяин, — Мы же все время вместе были.
— А в пельменной. Ты машину заводить пошел, а я задержался, да рюкзак нагрузил, вот, — я поставил на стол свой рюкзачок и начал вытаскивать бутылки с «Рижским» пивом.