— Молодой человек, не подскажете, кто командует на вашем э…полигоне?
Я поднял глаза и обомлел — «Первый!» Уж его-то фотографии в газетах замечал не раз. В жизни он выглядел проще и неформальней. Затем я заметил позади делегации легендарного репортера «Правды Севера» Виталия Гайкина. Мы с ним уже пересекались в прошлый раз, когда я сдавал материал в газету. Потрепались о профессиональном и остались довольными друг другом. Вот и сейчас он лихо подмигнул мне за спинами высокого начальства. Мол, не меньжуйся!
— На данный момент раскопками временно руковожу я. Студент второго курса истфака Сергей Караджич.
— Вот как?
Первый секретарь обкома не подал виду, что здорово удивлён. Умеет держать марку «дядька». Его заинтересованный взгляд, казалось, успевал замечать все вокруг. Так что я тут же взял вожжи на себя. Иначе палево гарантировано.
— Так получилось. Олег Владимирович Овсянников еще в пути, ему пришлось срочно уехать в Академию Наук, а его заместитель Липневский Андрей Викторович внезапно заболел, сейчас в больнице. Вот он и назначил меня временно руководить, чтобы не прерывать работы не на миг.
Снова вмешался важный чин, что подошел первым. И смотрел он на меня так нехорошо:
— Так ведь был еще заместитель директора музея Николай Алексеевич Романцев.
— Он администратор, а у меня есть некоторый опыт именно в археологии. Да и погода, сами видите, переменчива, как юная девушка.
— Любопытно, — Первый с интересом уставился на меня, а я не стал и дальше теряться.
— Не желаете посмотреть наши первые успехи?
— Конечно! Наслышан.
— Правда, у нас грязно. Работаем!
— Ничего, Сергей. Мы чай не сахарные принцы. Ведите!
Вот это деловой тон! Моя затея, похоже, произвела на обкомовских впечатление. Никаких докладов, сразу «в горячий цех». Первый прямо в начищенных ботинках потопал по указанной дорожке к могильнику. С собой мы взяли только его помощника и фотокора.
— Вот это ящик со скелетом неизвестного биармийского вождя. Как видите, мы его поместили сюда целиком, чтобы впоследствии костями занялись специалисты.
— Почему вождя и что такое ваша Биармия?
— Скорее всего подобный нашему богатый могильник не построили бы для обычного жителя. А Биармия — это легендарная страна, которая по свидетельству древних историков располагалась именно здесь.
Первый секретарь обкома удивленно хмыкнул:
— Это еще до прихода новгородцев?
— Да, вы правы. До них. До начала славянской колонизации.
Сам меч мы посмотреть уже не могли, он со слоем грунта был упакован в самодельный ящик. Но показали тщательно исполненный рисунок.
— Сколько ему лет?
— Пока точно не могу сказать, но порядка тысячи лет.
— Да что вы говорите! Как интересно.
Первый задумался и в этот момент раздался отчаянный крик Марины Соколовой. Все тут же метнулись к ней.
— Стоять!
Я даже не подозревал что могу так громко кричать. Важные лица тут же дисциплинированно застыли на месте.
— Я нашла, вы только гляньте!
Марина со всей предосторожностью зачищала странной формы статуэтку.
Я вежливо показал гостям, где им стоит встать.
— Извините, но это очень важно, не затоптать место раскопов.
Первый секретарь понимающе кивнул, а я потянулся за своим фотоаппаратом. Так мы вместе и снимали, любитель-студент и профессиональный фотокорреспондент. Вежливо, не заслоняя друг другу свет и ракурсы. Гайкин неожиданно прошептал:
— Сережа, мне кажется надо потереть этого идола на счастье.
Опыт есть опыт. Чуйка у репортера была отменная. Мы поручили такое важное дело девушке, и вскоре фигура блеснула жёлтым.
— Золото! — выдохнули все.
Золото в чудских могильниках вещь необычайно редкая. И сколько его в этом непонятном идоле? Первым пришел в себя Первый. На то он и первый.
— Сергей, а не кажется вам, что ваша находка имеет очень большую ценность? Не стоит её передать на временное сохранение органам?
Мне хватило несколько секунд, чтобы принять правильное решение.
— Сейчас замерим, запишем, упакуем и передадим. Девчата за работу! Остальных это также касается.
Первый одобрительно хмыкнул, а потом попросил меня:
— Не можем мы, Сергей, где-нибудь переговорить наедине, чтобы не мешать вашим ребятам работать.
— Пойдемте в камеральную палатку, заодно чаю попьем.
— Чаю можно. Люблю, понимаете, с дымком.
Санёк, заметив мой жест, тут же ускакал к костру. Котел с него мы и не снимали. Так что вскоре сидели в палатке с горячими кружками.