Обстановку Хантера я узнала за третьим окном, порадовалась и уже хотела было бросать вниз камень, как вдруг мое внимание привлекла нездоровая активность в комнате Дангвара. Надо сказать, что шторы в комнате члена императорской семьи были шикарные – с ламбрикенами и тяжелыми кистями, вот только, как оказалось, бедой Хантера было нежелание эти самые шторы задергивать, а потому я стала невольной свидетельницей того, как Дангвар сидит на кресле, на его коленях удобно устроилась девица, и парочка активно целуется. Настолько активно, что на девушке уже нет половины одежды.
Я не планировала мешать Хантеру. Как бы ни была задета моя самооценка, но глупо, а главное, нечестно, что-то предъявлять Дангвару, когда сама при любом удобном случае целовалась с Радагатом. И пускай поцелуи с проректором в прошлом, все ж таки мы, наверное, квиты. Но какие бы умные мысли не блуждали в моей голове, руки все-таки ослабели, и камешек выпал на землю.
Согласно изначальному плану после того, как камень будет сброшен вниз, лиана должна была поднести меня прямо к стеклу, чтобы я могла постучать. Но его высочество чуть-чуть не рассчитал, и я так резко оказалась у окна, что боднула лбом стекло. Самое обидное, что лиана тут же отклонилась назад, а затем опять поднесла меня к стеклу, так что бодалась со зданием Академии я не один раз.
Надо было видеть лицо Хантера, когда девушка слетела с его колен, а сам он обернулся к источнику звука. Да у парня даже руки дрожали, когда он открывал окно, а по сосредоточенному взгляду было понятно, что Дангвар прикидывает, сколько я успела рассмотреть.
– Ляля, что ты здесь делаешь? Я имею в виду – почему именно так?
Я с удовольствием облокотилась на протянутую Хантером руку и влезла в окно. Лианы, удостоверившись, что я стою на ногах, исчезли в сумрачном парке. Не сумев сдержать любопытства, нашарила взглядом девушку и даже не удивилась, обнаружив, что вижу Амалию. Блондинка меня тоже узнала, так что даже не пыталась прикрыться, а просто буравила злым взглядом. Хотелось правдиво ответить на вопрос парня, но я отлично понимала, что Амалия сразу же побежит рассказывать Заррису и Виррасу, где мне пришло в голову скрываться, так что пришлось попросить блондинку выйти. Крис-Ларсон тут же принялась выражать свое возмущение, но Хантер мигом выставил свою бывшую будущую девушку за дверь.
– Ляля, это совсем не то, что ты думаешь, – парень начал стандартную речь еще до того, как Амалия покинула комнату, так что мне даже стало неудобно от такого явного к ней пренебрежения. Хотя по логике неудобно должно быть как раз ей.
– Слушай, я прямо отвлекусь и послушаю твою версию событий.
Хантер беспомощно смотрел на меня, и я махнула рукой.
– Неважно. Мне просто нужно было попасть в здание Академии не через дверь, и только твое окно для этого подходило. Радагат зверствует, что я нарушила запрет…
– Ляля, – Хантер взял меня за руки, даже не слушая мой рассказ. Я с интересом посмотрела на такое наглое присвоение чужих конечностей, но решила не возражать. – Это ничего не значит, правда. Просто ты так холодна в последнее время, даже не пришла в лечебницу навестить меня после игры…
– Да я вижу, что ты не так уж и плохо себя чувствуешь.
– Я волновался, не мог тебя найти, забежал в комнату на пару секунд, а тут Амалия.
– Околдовала бедного?
– Да! Именно! Околдовала! Я сам не понял, как это получилось.
– Хантер. – Я мягко высвободила руки, и парень тяжело вздохнул. – Я согласна, что холодна к тебе, и ты умный парень, отлично понимаешь, что это не изменится. Наши отношения были ошибкой…
– Амалия в прошлом!
– Дело не в Амалии. – Я с отчаянием подумала, что раньше было очень удобно для такого разговора с парнями отправлять водителя. – Даже не знаю, что еще сказать, честно, но продолжать это издевательство над тобой и мной – просто преступление.
На щеках Хантера двигались желваки, и мне на краткий миг показалось, что он меня сейчас ударит.
– Ты же согласен со мной? – прозвучало это как-то жалко.
Хантер молчал, на протяжении долгих минут рассматривая меня, но наконец коротко вдохнул и отвел глаза.
– Я с тобой не согласен и считаю, что ты говоришь это на эмоциях. Я тебе еще раз повторяю, что с Амалией все в прошлом, и то, что произошло, – дурацкое стечение обстоятельств.
Ну да, дурацкое стечение обстоятельств, что я решила заглянуть в твое окно, Хантер. Жаль, что не сделала это раньше, возможно, не пришлось бы столько времени мучиться угрызениями совести.
– Твое право так думать, – отмахнулась я. – Свое мнение я уже озвучила и повторять не намерена. Надеюсь, что на нашей компании это никак не отразится?