А Лина
смотрела. Не отворачиваясь. Тонкие пальцы беспрестанно теребили пуговицы у воротника. Лицо бледное. Глаза сверкают отчаяньем. Того и гляди раскроет их обман. Мет нахмурилась, жестом приказала ей молчать и уткнулась глазами в свои руки.
Профессор Налитс долго нахваливала кристалл, озаряющий аудиторию мириадами разноцветных лучей. Она говорила что-то про летнюю практику, про ходатайство за Лину по поводу её вступления в Чернокнижье, еще раз двести напомнила студентам о том, как редко она ставит автоматы, и в конце бережно отнесла кристалл не в архив, где хранятся все работы, а к себе в кабинет, чтобы, как она сказала, использовать в качестве примера для следующих поколений.
Аметист даже не знала, кому было хуже: ей или Лине, которая не могла признаться профессору Налитс в их маленьком обмане.
Ведьмочка получила свои законные восемь баллов из десяти за сиреневый кристалл и почти первой вылетела из аудитории, не давая Лине даже шанса догнать. Зачем ей её сочувствие, сожаление и извинения? Она не просила отдать ей лучший кристалл. Аметист сама приняла это решение. Сама и поплатилась.
Автомат... Два месяца не ходить к первой паре на лабораторку. Не сдавать этот нудный экзамен. Не делать оставшиеся две домашнки. Контрольные не писать...
Пример. Идеальный кристалл на подставке с именем Элины Мастерс, студентки второго курса кафедры Запретных Заклинаний. Кристалл, с которого будут копировать работы следующие поколения студентов. Имя, на которое будут равняться и которое будут помнить долго.
Практика в Чернокнижье...
Сидеть на лекции по механике разрушений моральных сил просто не было. Поэтому с последней пары Аметист ушла. Захотелось прогуляться по городу.
***
– Рано ты, – просипела Чеш, отрываясь от книжки, и оглушительно чихнула. Стёкла задрожали. Халява, спящий на постели ведьмочки, тут же проснулся, прижал уши к голове и, вздыбив шерсть, зашипел. Аметист улыбнулась. Знал бы он, как Чеш чихала до шестнадцати лет, пока не научилась контролировать драконье пламя, даже не шевельнулся бы сейчас. А вот драконий фамильяр наоборот – демонстрировал изумительный пофигизм, сладко зевая на качающейся люстре.
– Пойду прогуляюсь, – ответила ведьмочка и быстро пересекла комнату. Взяла пропуск, повязала его на кожаный браслет, перекинула плащ через локоть и натолкнулась на пристальный взгляд подруги. – Что?
– Ты прогуливаешь пару?
– Сама говорила, что мне не стоит так педантично относиться к посещению.
– С каких это пор ты начала слушать мои советы?
На провокации Мет обычно отвечала... ещё более провокационным заявлением:
– Оказывается, иногда они бывают полезны.
– Да ладно?! – скрестила руки на груди подруга. Глаза драконши прищурились.
– Угу.
– Серьёзно? Да не. Бред какой-то.
– А кто спорит-то? – уже у двери хмыкнула Мет. – Всё, я пошла...
– Мет, – Чешуйка вдруг спрыгнула с кровати и не дала ей закрыть дверь. – У тебя точно всё в порядке?
Халява протиснулся между ногой Чеш и дверью и запрокинул голову, тоже ожидая ответа.
– Всё нормально.
Кажется, со стороны она выглядела не очень убедительно...
***
Прогулка не дала никакого результата. Аметист всё ещё злилась, обижалась, сама не зная на кого. И, к сожалению, отпустить ситуацию было не так-то просто.
На первом этаже общежития витал сводящий с ума аромат чего-то очень вредного, зажаренного в масле. На втором пахло лапшой быстрого приготовления. А вот на третьем выдержке девушки нанесли сокрушительный удар. Какой-то гад готовил мясо со специями, и так вкусно, судя по запаху, что та чуть не захлебнулась слюной. На свой пятый она поднималась бегом, чтобы не поддаться на соблазнительные ароматы и не устроить голодный дебош. Но и на родном этаже её ждала подстава. Кто-то варил какао.
– Да что ж такое, – сквозь зубы выдавила голодная студентка, снимая ботинки у двери их комнаты. – Стипендию что ли выдали?
Вошла внутрь и застыла, увидев гостью, с которой подруга пила чай.
– Привет, – улыбка Лины померкла. Мет только нахмурилась. Что говорить в такой ситуации, она не знала. Спасла несколько неловкое положение Чеш, кивнув на