свободный табурет, уворованный совершенно определённо у соседей.
– Ну что, героиня, долго стоять будешь?
Мет прошла внутрь, огляделась и заметила, что рубашка Чешуйки застёгнута наглухо, скрывая фамильяра от посторонних глаз.
– Что вы здесь делаете?
– Какао варим.
– Базейский, – уточнила Лина, снова покрываясь смущённым румянцем.
"Пш-ш", – подтвердил ароматный напиток, пытаясь убежать из... Чайника.
– Э...
– Посуда вся занята, – пояснила Чешуйка, снимая чайник с мини-плитки.
– А...
– В кастрюле суп.
– М... – ведьмочка вдруг стала очень информативной. – В заморозке есть кремовые трубочки.
– Что?! – завопила Чешуйка, заставив Лину вздрогнуть. Что-то она слишком дёрганая… – И ты молчала?!
Какао получился настолько переслащённым, что Мет с Линой пить его отказались. Однако Чеш, как ни в чём ни бывало, налила себе целый стакан, устроилась на своей кровати поудобнее и, прихватив три трубочки, приготовилась внимать.
– А у тебя хвост к одному месту не прилипнет? – лично Аметист от одного только вида, как это чудо глотает сладкий-пресладкий напиток, начинало мутить. Но Чеш ничего. Пьёт, заедает пирожными. Поистине, бессмертная…
– Ла-а-адно, – с трудом оторвала от жертвы несварения и кариеса недоумённый взгляд и перевела его на шокированную Лину. – Я заварю нам чай.
Когда всё было готово, Чеш усадила гостью на одном конце кровати, села на другом, Мет притащила себе табурет, и Лина начала рассказ.
– Я выросла в семье, где родители – выдающиеся личности. Мой отец – маг пятой степени, мама – преподаватель...
– В УТИ?! – Чешуйка от удивления утопила печеньку в кружке.
– Кафедра Необратимых Разрушений. Мы к ней в следующем году придём, – подтвердила Лина.
– Мда, не повезло, – протянула на это Мет.
– Многие бы с вами не согласились, – тихо ответила стихийница. – Со стороны можно подумать, что подобные связи в вузе – дар Небес. Но вы уже догадались, что всё отнюдь не просто...
– Синдром отличницы, завышенная планка и переоценивание своих возможностей? – предположила ведьмочка.
Лина опустила взгляд в кружку и сжала губы так, что они слились в одну тонкую линию.
– Родители хотят, чтобы после университета меня приняли в Чернокнижный отдел. А я... Я просто не вижу других вариантов. Всю свою жизнь я обучалась магии. Меня готовили именно к Чернокнижью. И я честно старалась не разочаровать их. Все эти годы я радовала маму "отл"ами в зачётке. Я не пропускала занятий, я... Да что я вам говорю, вы же знаете.
Подруги кивнули и синхронно хлебнули из кружек, пытаясь избавиться от горечи в душе. Чеш закашлялась. Печенька отомстила.
– Аметист, прости меня! – вдруг пылко произнесла Лина. – Я не хотела так подставлять тебя...
– Лин, – мягко перебила её Мет и, глядя в кружку, продолжила: – Это у тебя есть цель и желание двигаться к ней… – И, помолчав, тяжело вздохнула. – Признаюсь, мне было немного обидно, когда ты получила лучшую оценку, но в этом нет ни капли твоей вины. Это был мой выбор. Мой, понимаешь? Я знала, что тебе эти баллы важнее. Я помню, что для тебя значит отдел Чернокнижья. И теперь понимаю –почему. Да даже если бы не понимала, будем честны: мы с Чеш не созданы для Чернокнижья.
– Почему?! – воскликнула Лина.
Переглянулись с Чеш и не сдержались: расхохотались.
– Да я там и часа не просижу над этими талмудами и свитками, – отсмеявшись, пояснила Чешуйка. – А Аметист на дух не выносит снобов и архимагов.
– Но мне приятно, что ты переживала за меня и не использовала, – попыталась смягчить резкие слова подруги ведьмочка и, не зная, что ещё говорить, предложила то единственное, что помогало всегда и везде: – Чаю?
– А может, какао? – вставила своё слово Чешуйка.
– О, нет, спасибо! Мне мой желудок ещё понадобится, – рассмеялась Лина и, подняв на Аметист синий взгляд, прошептала: – Я… Мне, пожалуй, пора.
***
– Мет, – проводив гостью, произнесла Чешуйка. – А тебе не показалось поведение Лины немного… странным?
– Как будто она хотела что-то сказать, но не решилась, – согласилась ведьмочка, вспомнив пристальный синий взгляд.
– Ну, про