Вдогонку Губин и Петкевич посылают еще по одному снаряду, для острастки. Затем Петкевич приказывает Годлевскому и Фридману бежать в лес и спилить какое-нибудь дерево. Барылов заменяет заряжающего, а хорунжий засыпает снарядами фольварк, откуда все гуще сыплются пулеметные очереди, все чаще стреляют танки, укрывшиеся в кустах у дороги.
Машина 212 Губина отвечает на огонь со стороны фольварка. Радист танка плютоновый Ян Биль огнем из пулемета прикрывает подходы к мокрому лугу, куда пытаются прорваться вооруженные гранатами гренадеры. Заряжающий Метек Шпихлер, оторвавшись от перископа, докладывает, что из фольварка бегут немцы с панцерфаустами.
Танкистов спасает наступающий на левом фланге взвод хорунжего Бойко. Его солдаты стремительно врываются на лужок, падает замертво Франек Шинель, ранен Сильванович, но остальные уже у сожженных домов. Очередями сметают гранатометчиков. Сержант Францишек Закравач с несколькими солдатами выбегает на перекресток, где еще идет рукопашная.
— Ура-а-а!
С криками добивают оставшихся в живых парашютистов.
В Студзянках
Запыхавшиеся, обливаясь потом, подбегают расчеты противотанковых ружей. Бойко, организуя оборону с восточной стороны, указывает цели. Расчеты ползут попарно, направляют длинные стволы своих ружей в сторону кустов у фольварка.
Первым открывает огонь плютоновый Ян Сурмач — мельник из-под Пшеворска. Он целится в черный силуэт, едва заметный за деревьями. Трижды стреляет, видит вспышки на броне. «Фердинанд» обнаруживает себя выстрелом из пушки. Снаряд разрывается далеко позади, а Сурмач целится теперь туда, где должна быть гусеница, бьет четвертый раз — и покалеченная самоходка исчезает за деревьями.
Хорунжий Гугнацкий со своими людьми уже в деревне. Вправо от перекрестка они нашли неплохой подвал, который немцы прикрыли еще бревнами. Оттуда Гугнацкий руководит боем.
Противник упорно обороняется. Наши пехотинцы овладевают перекрестком и частью деревни по обе стороны дорог (метров триста), но немцы сидят справа в нескольких разрушенных домах. У них явно большой запас панцерфаустов. Они бьют ими, как из орудий. Остановили взвод подпоручника Парыса и не дают ему головы поднять.
На помощь им отправляется плютоновый Павел Кульпа со своим «максимом». Ему знакомо расположение домов в фольварках — отец его был батраком. До войны он не служил в польской армии, зато воевал в рядах Красной Армии под Киевом. Был тоже пулеметчиком. Расчет ползет гуськом, прячась за полусожженными сараями. Пулемет устанавливают за кирпичным фундаментом.
— Тяжело будет, — ворчит плютоновый. Отсюда видно, что позиции немцев представляют собой настоящий узел сопротивления, подготовленный для круговой обороны.
— Павел, — тянет его за рукав заряжающий, — танки на нас идут.
— Действительно, черт подери, — ругается Кульпа, но тут же лицо его светлеет: на башнях танков видны белые орлы.
— Ребята, это наши!
И почти в упор они начали косить гренадеров фланговым огнем, прижимая их к земле.
— Вперед! За Польшу! — кричит подпоручник Парыс.
— Ура! — подхватывает сержант Ян Вашкевич, поднимая цепь на другом фланге.
— Вперед! Ура-а-а! — слышится с другого конца деревни. Там — несколько гвардейцев из 100-го полка с капитаном в лихо сдвинутой набок пилотке.
Немцы, атакованные с двух сторон, находятся под непрерывным обстрелом пулемета с третьей стороны. Они волнами откатываются к окраине деревни. Заметив танки, обходящие их с тыла, фашисты не выдерживают и в панике бегут.
Над лесом, у фольварка поднимается красный диск солнца. В его лучах немцы хорошо видны. Старший стрелок Ян Зинько выстрелами догоняет убегающих и валит их на землю. Ни одному гитлеровцу не удается достичь леса. С юга из-за деревьев начинают вести огонь несколько немецких ручных пулеметов. Танки 3-й роты, развернувшись, бьют в этом направлении из пулеметов. Гитлеровцы отвечают орудийным огнем, и танки отходят. Кроме танковых пушек огонь ведут немецкие тяжелые минометы. Мина падает на машину Хелина и повреждает мотор: водитель оставил открытыми жалюзи. Хорунжий Попель на машине 138 прикрывает неподвижный танк, маневрирует между ним и немцами, поднимая облака пыли и ведя непрерывный огонь из орудия. Хорунжий Марек на танке 139 подъезжает вплотную. Его механик, сержант Петр Зарыхта, берет на буксир машину командира роты, и через минуту они скрываются в лесу Парова.
Замполит хорунжего Парыса, девятнадцатилетний сержант Вашкевич, прибегает к Гугнацкому.