– Стой! – завопила я, заметив, что подруга напрочь забыла о том, что моя энергия временно в отпуске, и намеревается запустить в меня шэритом на полном серьезе.
– Что? – удивилась она.
– Бедных, несчастных, бесталанных и истощенных энергетически ведьм не бьют! – жалобно напомнила я.
– Ведьм бьют всегда! – поучительно сказала Лия, но шэрит все же рассеяла.
Тая между тем стояла, внимательно на нас смотрела, а потом многозначительно произнесла:
– Ведьмы, а ведь мы занимаемся ерундой.
– А подробнее? – спокойно поинтересовалась я, искоса поглядывая на возмущенно вспыхнувшую Лию – она-то, в отличие от меня, относилась к подобным комментариям совсем не как к надоевшей констатации факта.
– Какого йыра – ой! – в смысле, зачем вы мучаетесь с этим взломом заклинания?
– Тай, ну я понимаю, что я очень трогательно выгляжу в этом… кхм… наряде… но тебе не кажется, что ехать в таком виде в Храм категорически не советуется? К тому же – холодно, между прочим!
– А вы с Лией носите примерно один размер, – с отсутствующим видом произнесла Тая, явно издеваясь.
Будь у меня в активе магия – и от шэрита ей бы не спастись.
– Где ты раньше была, умная? – накинулись мы вдвоем.
– А может, ты прекратишь орать и блистать результатами регулярных посещений неспокойных кладбищ и склепов?
Я дурашливо вытянула вперед стройную ногу и напрягла натренированную беговую мышцу:
– А тебе что, не нравится?
– Почему же? – фыркнула Тая. – Просто вот смотрю на тебя и думаю: на что только не пойдет женщина ради стройной фигуры!
Нет, вот только будь у меня энергия…
Лия деловито осмотрела меня со всех сторон и заявила:
– Платья длинноваты, конечно, будут – но это ничего: шпильки повыше – и порядок.
– Давай, – вздохнула я. – Только ловить меня потом вы будете!
Лия, не обращая больше внимания на мои дурацкие реплики, сосредоточенно плела канву заклинания. Образ – сущность – зацеп – ниточка – и материализация!
В руках у ведьмы оказалось серебристо-лиловое, явно праздничное, платье. Тонкий прохладный шелк стекал между пальцами, послушно прогибаясь под серебряной цепочкой пояска.
– Лий, – пораженно выдохнула я, восхищенно разглядывая это сокровище, – а попроще ничего нет? Нам же не на праздник – а вдруг я его запачкаю или порву?
– Да на здоровье, – пожала плечами ведьма, вручая мне шелковое чудо. – Оно мне все равно уже мало. Лежит в сумке, надеть – не налезает, выкинуть – жалко. Так что дарю!
– Окворреть! – восторженно выдохнула я, скидывая рубашку и ныряя в холодный шелк. Лия между тем выудила из пространственного разрыва белые босоножки на шпильках.
Платье струилось по фигуре, словно на меня было сшито, босоножки оказались чуточку великоваты, но это были уже мелочи – я выглядела как зимняя королева посреди лета.
Я повертелась перед зеркалом, пытаясь оценить ошеломляющую красоту экипировки, расчесалась и чуточку подвела глаза – ну нельзя же быть в таком платье – и не накрашенной.
– Ну-ну, неплохо, – улыбнулась Лия.
– Замечательно! – куда щедрее выразилась Тая.
– А то! – самодовольно рассмеялась я. – Только вот что нам дальше делать? Сидеть таким красивым в комнате и носа наружу не казать? Или привычно наплевать на все правила и запреты?
– Каким образом? – тоскливо протянула Лия. – Дверь опечатана заклятиями герметично, как твое пасхальное яйцо!
Н-да, было времечко – под Пасху поспорили с ребятами, кто назавтра у Лии яйцо выиграет. Всю ночь я накладывала слоями на свое заклятия крепости, защиты – и прочую подобную шушеру. И выиграла-таки. К безмерному удивлению товарищей, проведших ночь точно так же, но, увы, без особого результата. Талант не пропьешь!
– Да ну? – удивилась я, разглядывая явно открытую дверь безо всяких запирающих заклятий. Хотя…
А если на двери лежат заклятия, создающие для магов иллюзию полной невозможности выйти, но совершенно не мешающие людям (в чье число я временно невольно входила), твердо верящим, что дверь открыта? Да, такое может быть – точно!
Вот только на что он рассчитывал? Что я тут же расскажу об этом ведьмам? Скорее всего… А значит, именно этого мне делать ни в коем случае не стоит. Почему? Наверное, потому, что они до конца так и не поверят, а пройти через дверь иначе не смогут. И что же мне делать? Врать…