Значит, придется есть и молчать. Магия тонкими струйками плясала между пальцами, но растрачивать ее на дематериализацию салата не хотелось – а то она у меня так во веки веков не восстановится.
Хотя… А если самой разделить с ними трапезу? И приличия соблюдены, и желудок не страдает…
И я с энтузиазмом полезла в карман за припрятанной вчера лепешкой. Девчонки встретили дивную пищу (ну, помялась немножко – вкус-то от этого не меняется!) с умеренной радостью, но отломили по кусочку и съели, оставив меня давиться остатком.
А после завтрака встал вопрос ребром: что мне делать дальше? Волчицы уходили на работы, одиноко сидеть в салзохе мне совсем не хотелось, а обещанный сын Вожака не спешил осчастливить меня своим присутствием.
– Хочешь – пойдем с нами работать, – предложила Роста.
– А он меня тогда найдет? – засомневалась я.
– Конечно! Он знает, где мы работаем.
Занять себя чем-нибудь было просто необходимо, поэтому я не стала возражать:
– Ну пойдем.
ГЛАВА 3
Лучше бы я и дальше в салзохе сидела.
Дошли мы спокойно: девчонки шли быстро, но все-таки куда медленнее, чем вчерашний провожатый, поэтому страннице, отмахавший за жизнь не одну тысячу верст, это вообще казалось легкой прогулочкой. К тому же было светло и загреметь в яму или капкан мне не грозило, что здорово добавляло энтузиазма.
А вот когда дошли до поляны и мне показали, что за работу мне предстоит выполнять…
Вы когда-нибудь вязали рыболовную сеть? А без крючка, одними пальцами?!
Пришлось пробовать…
– А какая работа у вас? Разве вы не плетете сети? – удивилась Роста, тщательно выплетая ровные клеточки и безмерно удивляясь моим жалким потугам изобразить хоть что-то похожее.
– Нет, – выдавила я, мысленно самозабвенно кроя руганью выскальзывающую из пальцев нить.
– Точно, в клане Цыр же туши свежуют и шкуры выделывают! – вспомнила присоединившаяся к нам утром Лингра.
И я поняла, что мне еще очень повезло с работой…
Пусть с трудом, но мне все-таки удалось приноровиться нужным образом перебирать пальцами – это примерно как выучить новый пасс для заклятия: двадцать минут помучаешься – зато потом движение идет чисто машинально. Кое-где и приколдовывала, конечно, – как без этого? Магия восстанавливалась очень быстро: район был энергетически богатым, а черпать некому – магов нет. Зато хорошее настроение жителям обеспечено.
– Риль?
– А? – рассеянно отозвалась я, сердито гоняясь за бессовестно ускользающей ниткой.
– Риль, а сколько в вашем клане Волков?
– Ну… Примерно как в вашем, – пришлось говорить наобум.
– А-а-а, – разочарованно протянула Ингра. – Значит, врут, что ваш клан – самый многочисленный?
– Значит – врут, – убито согласилась я.
Йыр побери, ну почему они не могли меня выдать за Волчицу из какого-нибудь более заурядного клана?
Где-то с полчаса мы плели молча. Я, разумеется, раз в десять медленнее, чем они, но ведь важен сам факт. Причем вскоре я уже стала сильно сомневаться, что сын Вожака найдет дорогу сюда и что он вообще за мной придет.
А если про меня забыли? А если Вожак сегодня встал и решил, что ему вчера попросту кошмар на пьяную голову приснился?..
А меня теперь отправят в клан Цыр, где до конца жизни я буду свежевать туши, выделывать шкуры и спать на холодной земле. А через три года смирюсь с судьбой, выберу себе в мужья Волка из пяти возможных вариантов и стану жить с ним в шалаше.
Воображение не подвело, нарисовав жуткую картинку, как мы с ним перепихиваемся во сне ногами, вылезающими из шалаша по причине его невеликого размера, и как после очередного моего пинка, угодившего не в мужа, а в шалаш, он разваливается, осыпаясь нам на головы грудой веток, царапающих лицо…
– Риль, если я не ошибаюсь?
– Что? – Я вскинула голову, выбираясь из пут собственной фантазии, и увидела… его.
Длинные чуть вьющиеся волосы до плеч, отливающие в медь, дьявольский разлет черных как смоль бровей, карие глаза. Не злые. Не приветливые. Испытывающие.
– Вас зовут Риль? – послушно повторил он.
Я кивнула.
– Тогда хочу представиться: меня зовут Шаи-Яганн. Я сын Вожака.
Впрочем, я могла бы и догадаться. По Волчицам, кидающим на него трепетные взгляды.
– Очень приятно, – спокойно ответила я.
Волк удивленно вскинул брови: похоже, привык совсем к другой реакции на эти слова. Что-нибудь вроде выкаченных глаз и подобострастного взгляда. Но это – не ко мне.