— Что… что ты со мной сделаешь? — пролепетала она, с надеждой высматривая Тангара.
— Увидиш-шь, — снова тонко шипел он.
Тут девушка ощутила, как её пребольно дёрнули зубами за ухо.
— Тангар! — завизжала Маритха в тот самый миг, как хранитель скатился со зверя.
И упал. С трудом вскочил на ноги, морщась от боли. Видно, ему тоже досталось.
— Стой, где стоишь! — свистяще выкрикнул Корка.
Нет, только не Корка! Опять, рядом с нею! Обещал убить её и, того и гляди, обет исполнит.
Его нож на миг оторвался от горла Маритхи.
— Я тебя знаю?.. — пробормотал он. — Я тебя знаю… — повторил он нетвёрдо, то ли ещё спрашивая у кого-то, то ли почти уверившись.
Девушка взвизгнула, вырываясь, но нож тут же вернулся на место.
— Стой! — новый окрик вернул на место и хранителя, успевшего сделать несколько шагов. — Стой на месте, и она, может быть, останется живою. Ты ведь дорожишь этой женщиной?
Тангар побледнел, словно вся кровь от лица отлила. Последние слова Корка бормотал уже так тихо, что спутник Маритхи скорее догадался по губам и глазам злодея, чем услыхал его слова. Эта бледность испугала девушку больше всего. Значит, дела их хуже некуда. Слабость заставила ноги подогнуться, сердце заколыхалось без всякого порядка. Она часто задышала, силясь отшвырнуть прочь дурноту. Ещё немного, и упадёт без сил и чувств. Может, сейчас и лучше бы…
Нет. Нельзя, Маритха.
Спокойный и явственный голос разума застал её врасплох посреди этой жуткой сумятицы. Почти повиснув в руках у Корки, девушка опять осторожно встала на ноги. Сердце не успокаивалось, но дышать стало легче.
— Я помню тебя! — торжествующе возгласил злодей за спиной, но девушка уже приходила в себя.
Чего она так перепугалась? Кто даст ей умереть? Корка не так силен, чтобы убить её наперекор сразу двум Великим! Только вот… чего они ждут? Если помочь хотят, теперь уж самое время!
Не бойся, снова отчётливо промелькнуло в голове. Будто сказал кто-то.
«Я и не боюсь… Почти…» — солгала Маритха.
Оказывается, пока она на ногах устоять пыталась, устроитель что-то выкрикивал Тангару. Девушка прислушалась.
— Ты понял? До с-самого поворота! — присвистывал Корка. — И не с-смей высовываться!
— Отпусти её сейчас, и слово тебе даю — мы отдадим проклятого тарпа!
— С-слово с-стоит мало! — расхохотался злодей прямо в ухо Маритхе.
— С тобой её не оставлю!
— Ещё как ос-ставишь! Хочешь, чтоб живая была — значит, оставиш-шь! Отпущу, когда далеко будеш-шь. Если дорожишь таким сокровищем — найдёшь. — Он хмыкнул. — И тут же тихо протянул, будто вспоминая: — Я тебя знаю… знаю… Первый хранитель! — рявкнул Корка. — Ты — Первый хранитель!
— Ну да! Все знают, что я держу своё слово! — Тангар сделал крошечный шаг вперёд, уже третий. — А тебе я не верю! Верни мне женщину — и разойдёмся миром!
— О, мне не нужна твоя женщина, — легко согласился проклятый злодей. — И если ты исчезнешь побыстрее, я скоро её отпущу.
И правда не нужна, внезапно поняла девушка, как будто мысли услыхала. Но отпускать её он не собирался. И это тоже вдруг стало ясно как день. Этот странный Корка, что не помнил ни её, ни Тангара, ни даже себя самого… Ведь так? Он же как будто и своё имя припоминал? А ещё он так странно ощупывал, прямо внюхивался в неё! И не потому, что решил… Маритха сглотнула… а точно слепой суетился. Точно ему все внове… точно память отшибло напрочь. Его ж по голове шарахнули! Он теперь на голову ущербный! Да он в любой миг ей горло может перерезать, как бы потом Тангар с ним ни считался!
Помоги! Помоги мне, Аркаис! Ты же можешь, я знаю! Спаси меня!
Ничего не бойся.
Маритха ждала, замерев в руках своего врага. И это все? Ей велели не бояться? Или это она сама себе придумала?
Вдруг рука Корки разжалась, словно пальцы свело до отказа, и нож звякнул о камень под ногами. Тут же вперёд кинулся хранитель, морщась и сильно припадая на одну ногу. Отшвырнул нож в сторону, вырвал девушку из скрюченных пальцев Корки и бросился на обидчика Маритхи. Но тот и не думал сопротивляться. Удар опрокинул его наземь, и больше он уже не встал.
Ухватившись за Тангара, девушка с ужасом глядела на то, что творилось с Коркой. Это было совсем не то наказание, что она уже видала в пещерке устроителя в Табале. Никто не нападал на человека из незримого, но казалось, что у него свело не только пальцы, не только руки и ноги, а сразу все тело. Голова рывками дёргалась из стороны в сторону, плечи вывернуло назад, и они скребли по дороге, а грудь выгнулась дугою. Тело Корки нечеловечески извивалось. Хрипы, стоны, жуткие вопли. Глаза безумно вращались, но иногда взгляд, становился почти осмысленным, поливая их то страхом, то ненавистью. Потом зрачки опять закатывались вверх, и все начиналось сызнова. И опять взгляд, напоенный страхом… На них, то есть почти на них!