— Вот ты мне имя своё говоришь, а Великий иначе называл. Я помню!
Он ничуть не рассердился.
— Саис… Так меня называли, женщина. Когда-то. Очень давно.
— Так как тебя по правде? — неизвестно зачем настаивала она. — Которое настоящее?
— Оба мои.
Его рот снова кривился в усмешке. И вновь он разглядывал девушку, как диковинного зверя.
— Так не бывает! — упрямо тянула своё Маритха.
— Это ещё почему? Меняется человек, а с ним и имя его. Только подобные тебе застывают, топчутся на одном месте от рождения до самой смерти.
Опять издевается!
— Может, у тебя ещё припасено. Одно там, другое, — начала она злиться вновь. — А может, много?
— Конечно.
Да он просто забавляется, глядя на неё! Ну уж нет! Это почему она себя в обиду давать должна? Раз ему так уж нужно… что-то… от неё.
— А чего ты надо мной смеёшься? Все время! Забыл, что ли: не только мне от тебя дело нужно!.. Да… — Маритха внезапно остановилась. — А дело-то какое? Что всем от меня нужно? Может, ты хоть скажешь? Великий, он обещал… но все откладывал, откладывал, пока… поздно не стало. Может, скажешь мне, наконец?
— Не скажу. Может, все-таки расположишься на подушках, наконец? — подхватил Ведатель.
Девушка покачала головой. Нет, раз он так.
— Что ж…
Он перебрался на подушки сам, удобно уселся, вытянул ноги.
— Ладно, значит, Великий скажет. Когда меня отсюда заберёт, — с досадой отрезала Маритха.
— Удивлюсь, если так и произойдёт, — откликнулся Ведатель. — Есть вещи, которых лучше не знать. Пустое любопытство до добра не доводит.
— Ничего себе, пустое… Это же моя Нить! Ты же видишь, — начала она упрашивать, — у меня теперь жизни никакой нет. А из-за чего? Я не знаю даже. Неужто мне и знать не положено? Нить, вон, чуть не оборвали… — Голос задрожал уже непритворно. — А если б с тобой не встретилась, то и Корка б за мной не охотился… и хозяин его тайный какой-то. И в мешок, уж верно, тоже бы не посадили. От тебя ведь прятали…
— От того, что свалишь на меня все свои беды, меньше их не станет, — безразлично ответил Ведатель на её горестную мольбу. — Это правда, я тебя нашёл. И равная правда в том, что Раванга только мною был озабочен, не тобою. Поначалу. А потом услышал… то, чего не надо было. А потом в песню твоей Нити вмешался Первый хранитель, глупец Тангар. И Покровитель не так уж прост, и Васаи, Ведатель его. Раванга хоть и велик без меры, но в делах людских порой понимает плохо, Маритха. Помни об этом. Слишком далёк его постоянный разговор с Бессмертными от нашей суеты… Не стоит никого винить понапрасну. Так легла твоя Нить. Такие узлы сплелись. Тебе и так и так пришлось бы плохо.
— Это что, так в песне поётся?
Маритха почему-то вспомнила его слова. О Нитях и песнях.
— Может, и так.
Его ухмылка сразу растаяла.
— И что же мне теперь делать? — взмолилась девушка. — Скажи…
Он легко пожал плечами:
— Думай. Решай. Это же твоя Нить.
— Легко сказать, решай… — Маритха подняла на него глаза, полные упрёка. — Ведь это ты во всем виноват! Вот и скажи.
Проклятье! Узел на его Нить! Он снова усмехнулся!
— Тебе не откажешь в разуме. Предоставить мне решать твою судьбу после того, как я же, по твоим словам, и виноват! Да ещё во всем! — Едкость так и брызгала во все стороны. — Ещё бы, потом опять найдётся кого обвинить. Если что не так.
— Тогда зачем ты меня сюда привёл? — Девушка вздохнула, не было сил больше злиться. — Ничего на сказал. Так и не знаю, зачем я всем понадобилась. Ничего не говоришь, как быть. И прежний наш уговор уже не в силе. И не говори, что накормить и обогреть хотел! Ты не из таких! Мне, с моим-то счастьем, такие не встречаются. Все больше вроде старика того, что всю жизнь испортил, мать со свету свёл, да тебя ещё! Вцепился! Что тебе нужно?
Он кивнул, все так же небрежно, без серьёзности.
— Да, тяжела твоя судьба, Маритха! С твоим-то счастьем. Смерть и то все время мимо проходит. За несколько дней второй раз уже.
Девушку бросило в жар. Вот дура! Вот прогонит в ночь и прав будет.
— Я тебя обидела… — тоненько, жалобно вывела она.
— У тебя для этого сил недостаточно, — беззлобно ответил Ведатель. — Лучше слушай, а не давись своими причитаниями. Ещё немного, и мне надоест. Глупая женщина! Если бы мне ничего нужно не было, то я не стал бы искать тебя в пустоши! А не стал бы искать… Ты ведь по своей воле в Табалу потащилась, не так ли? Или тоже я виноват? Своею волей старика наняла с его тарпом никудышным? Или нет?