PzH-2000 заканчивают работу, на девяносто девять процентов можно быть уверенными, что живых насекомых как минимум до храма Суна не осталось. Один процент на тот случай, если кого-то завалило обломками и не убило.
— Я — Леший, ударная группа выдвигается! — отдаю приказ на командной частоте.
Взревели запускаемые двигатели «Леопардов», «Пум» и «Боксёров» — остановка на артподготовку вышла долгой, заглушили. Боевые машины неторопливо тронулись вперёд, разворачивая орудия в назначенный им сектор стрельбы.
— Что по вертолётам? — уточняю у соответствующего офицера — координатора.
— Два дежурных звена на подходе, остальные ожидают в боевой готовности.
Всё так же медленно и неторопливо продвигаемся по гибнущему городу, топ-игроки Евросоюза поочерёдно используют навыки обнаружения врагов, изредка находя погребённых под завалами. Чаще всего это решается выстрелом из танка. Также они своим корпусом доламывают частично уцелевшие строения — прострелу ничего не должно мешать.
Вот и храм жуков. Какая-то остаточная божественная энергия здесь присутствует, поэтому «просветить» его биолокацией не получается, что увеличивает риски.
— Среди игроков есть добровольцы? — спрашиваю у европейцев.
Вызывается не сильно большая группа с Алексом во главе, как иначе? Валькирия там же, скромно стоит чуть в стороне.
— Берите две роты десантников, идёте направо, — в дыру в стене храма заглянуть успел, там коридор расходится в двух направлениях.
Призванные гвардейцы выставляют точки возврата умения Перенос, двинулись.
Стены глушат, а иногда искажают показания тайного взгляда и биолокации, пару раз готовились принять бой, но пока никого не встретили. Круглый зал с развилкой, придётся делиться. Но прежде ставлю на всех свою божественную метку, подписывая по никам, дабы не запутаться, в первый раз эту функцию не использовал. Исправляю метку на любимой.
Две мини-группы: Смоль-Лаири-Сура-Хель и Зима-Кемала-Ренис, уходят в левый коридор, остальные дружинники в правый, ведущий как будто в центр своеобразного лабиринта.
— Не забывайте, жуков проще всего бить в брюшко, — напутствую гвардейцев, передавая им две пары рабов-японцев с Браунингами для помещения в сумки работорговцев.
— Как-то слишком много ходим, — замечает Кот при вхождении в следующий зал с развилкой, — и картография рисует не пойми что.
Обращаюсь к встроенной карте: на маленьком масштабе всё нормально, но стоит увеличить, пройденный путь вылезает за пределы храма, накладываясь на местность вокруг.
— Один, ты меня слышишь?
Один : Да.
— Можешь объяснить, как понимать проблемы со встроенной картой?
Один : Вы находитесь в частично свёрнутом пространстве, поэтому оно больше, чем кажется снаружи.
— Хорошо, — передаю ответ бога. Группа Кот-Шнырь-Шого-Рэм отделяется от меня с супругой. — Сильно не рискуйте! — моё почти стандартное пожелание. В качестве стрелков передаю трёх русских юнитов — экипаж БМП. Когда не в боевой машине, они оперируют Кордом и Печенегом.
— Господин генерал, дроны заметили движение насекомых по направлению к ударной группе!
— Предупредить отряд и готовиться к открытию огня из гаубиц! Связь с Лешим или Александером появилась?
— Никак нет, радиосвязь пропала после их входа в храм жуков.
— Не погибли ли они там? — задумчиво спросил генерал Штенгау, и тут же дёрнулся, получив слышимый только ему одному ответ Одина. — Понял, Всеотец! Внимание всем! Как только насекомые выйдут из зоны запрета детонации, огонь из всех стволов!
Дотрагиваюсь рукой в псевдоплоти до стен, они слегка сотрясаются.
— Что за хрень? — озадачен я.
Один : Насекомые пошли в атаку, войска отражают её.
— Там всё нормально, помощь не требуется?
Один : Нет, божественной защиты не наложено, справляются. Заканчивайте здесь и приступайте к главной цели.
— Что случилось? — спрашивает милая.
— Атакуют насекомые, а Один нас поторапливает.
Мы движемся впятером, в сопровождении церберов и Волка. Врагов, как ни странно, пока не встречали, куда все подевались? Радиосвязи тоже ни с кем нет, клановый чат и тот работает с перебоями, но работает.
Запускаю очередную волну тайного взгляда, слева, там, где стена, появляется засветка жизни.