Баха сразу понял, что это не человек. Близоруко щурясь, он видел лишь силуэт, призрачно белый, невесомый, так мог бы выглядеть подросток или девушка при условии, что из одежды на ней не более чем ничего, а представить себе такое в условиях при которых лопается пластик, растрескивается резина и провода ломаются словно вермишель, никакого воображения не хватит. Зверь? В памяти молодого человека замелькали образы представителей фауны Крайнего Севера. Между тем, существо преодолело расстояние, отделяющее его от человека, и Баха наконец сумел разглядеть черты пришельца. Ужас сковал тело и с каким-то запоздалым отстранённым удивлением он почувствовал холод, тонкой иглой, пронзившей его грудь.
***
Этот случай с юстировщиком обескураживал своей дерзостью. Убийство в самом центре набитого людьми посёлка. Тесный мирок из нескольких сотен преимущественно молодых мужчин, запертых здесь на долгие зимние месяцы – идеальные декорации для герметичного детектива.
Парень выскочил из общежития в соседнее помещение. Хватились практически сразу, и обнаружили тело у самого крыльца. Все сразу кинулись искать убийцу, выяснять кто-где находился, и дело едва не дошло до рукоприкладства. Этот случай отрабатывали с особым тщанием, наверное, всем хотелось, чтобы преступником оказался непременно приезжий. Впрочем, две трети вахтовиков, это всё те же местные жители, пусть и прибывшие из селений, разбросанных на многие сотни километров вокруг. Алиби этих людей на причастность к другим похожим убийствам отрабатывались особенно долго, муторно и по большому счёту ни одно не выдерживало ни малейшей критики.
Впрочем, одну особенность после внимательного изучения материалов дела Исаев для себя отметил. С одной стороны, это практически полное отсутствие крови в случаях убийств, с другой - обилие кровавых следов после покушения на Зобова.
Каждый раз человека убивали одним сильным хорошо выверенным ударом – ни одной сквозной раны. Всегда били снизу-вверх, значит убийца ниже ростом. В одном из эпизодов у жертвы сломано ребро возле самой грудины. Получается, что убийца каждый раз наносил чудовищный по силе удар и останавливал своё оружие, едва достигнув сердца жертвы. На точность поражения никак не повлияли ни различия в габаритах жертв, толстый ли худой, ни зимняя плотная и объёмная одежда. Причём Зобова, судя по всему, убить и не пытались просто располосовали лицо. Тоже загадка – вроде, как и не совпадает почерк, но общий антураж, некая атмосфера: время года, отдалённость от обжитых мест, холодное оружие мастерски применённое.
Исаев сразу выбросил из головы слова Зобова о том, что все эти ужасающие раны нанесены голыми руками. Среди его знакомых имелись виртуозы по владению различным холодным оружием, и факт наличия у преступника как незаурядных умений так и физической силы не вызывал сомнения.
Получив отправную точку в расследовании, теперь следовало объехать населённые пункты, попавшие в зону поиска, и поговорить с людьми.
Поразмыслив, Исаев решил, что в первую очередь стоит побеседовать с промысловиками и местными активистами из числа любителей спорта – тренерами, преподавателями физкультуры. Среди них встречаются настоящие фанаты своего дела и они если не знают убийцу лично, то могли бы обратить внимание, почувствовать подозрительного человека – ловкого, сильного, опасного.
После разговора с Зобовым хоть сколько-нибудь продвинуться в расследование не получилось. Исаев по дороге в аэропорт связался с помощницей и сообщил о намерении отправиться непосредственно на места событий, а уже по прибытии к стойке регистрации имел согласие руководства на самостоятельное принятие решений. Обещанный карт-бланш в известной степени компенсировал раздражение от необходимости заниматься малоинтересным и скорее всего бесперспективным делом.
Город Мирный встречал Исаева таким же безоблачным небом что и Адлер. Только местная синева казалась ощутимо глубже, насыщеннее. Холодный сухой воздух в отличие от хорошо прогретого приморского был кристально прозрачен.
У здания аэровокзала сыщика поджидал автомобиль местного отдела полиции с прикомандированным водителем. Молодой худощавый парень представился Федором, и на деле оказался незаменимым напарником, усилиями которого удалось в минимальный срок разделаться с бумажными формальностями.