Ожидая переправы, сыщик отметил, что с некоторых машин водители сняли задние бампера. Позже стало очевидно, что берег необорудованный для погрузки-выгрузки не позволяет штатно обычному шоссейному грузовику-трёхтоннику ни забраться, ни съехать с рампы парома. Особую пикантность ситуации придаёт исключительный характер трассы «Вилюй» в снабжении ресурсами алмазной столицы нашей Родины – голова из чистого золота, а держится на глиняных ногах[4].
Паром переправил полицейский уазик на правый берег. Одолев крутой и затяжной подъём, оставив по правую руку старое кладбище, сыщик с напарником наконец добрались до первого звена в цепи расследования.
Машину с водителем Исаев решил оставить у отделения почты России. В малонаселённых регионах народ в лучшем случае смущается вниманию органов власти. Поговорить по душам – это всегда пожалуйста, люди у нас открытые, но если к какому дому средь бела дня подъедет полицейский автомобиль, то в глазах соседей ты уже скомпрометирован. И можно не сомневаться, что уже через день обсуждения «новости», кто-нибудь из односельчан скажет: «А я всегда подозревал, что он жулик!» Сплетни в изолированных сообществах разлетаются со скоростью верхового пожара, так всегда было. Даже эпоха интернета с его социальными сетями не сильно изменила заведённый однажды порядок.
Шагая по центральной поселковой улице, Исаев невольно вспоминал собственное детство. Тогда подобный променад редко обходился без увесистой палки. Некоторые дворовые собаки считали своим долгом защищать от чужаков ещё и прилегающий к дому кусок улицы. И стремительно вылетали на встречу лёгкой добыче. Взрослых или группу пацанов они не рисковали атаковать, даже порой ленились подняться на лапы и облаять проходящих мимо. Спасением мог стать обычный велосипед, поскольку собаки защищая собственную территорию с уважением относились к чужому куску улицы, то молча провожали глазами быстрого велосипедиста.
Взрослый Исаев собак не то, чтобы боялся, скорее опасался и никак не мог понять, за что этим хвостатым негодяям присвоили титул «лучший друг человека». Один такой «друг» порвал Исаеву куртку, другой «он же у нас не кусается» оставил на руке сквозь плотную ткань одежды кровавые синяки. Заверениям, что это с ним такое в первый раз, Исаев не верил и вообще считал собачников людьми подозрительными.
Сейчас Исаев шёл по улицам посёлка уверенно - знал, что местные звери его проигнорируют от греха подальше. Исаев чувствовал в себе силу, был настроен очень решительно и, пожалуй, сумел бы подавить любого местного пса одной лишь силой взгляда.
Первым делом сыщик решил посетить школу, действуя в соответствии с намеченным планом. Исаев мысленно поздравил себя, когда на месте застал молодого физрука.
В школьном спортзале по кругу бежали жиденькой стайкой разновозрастные пацаны, выполняя на ходу разминочные махи руками. Те, что постарше делали круг быстрее, то и дело обгоняя своих малолетних товарищей. По команде тренера юные спортсмены с бега переходили на приставной шаг, затем на прыжки звёздочкой, чтобы, очередной полный круг пройти гуськом и оригинально завершить разминку «гонкой на тачке». Самые младшие, не имея в кистях рук достаточно силы, фиксировали лодыжки партнёра подмышками отчего те бежали на руках едва ли не в вертикальном положении.
Повинуясь очередной команде, сопровождаемой хлопком в ладоши, парни преступили к силовой тренировке. Игра «в лесенку» на турнике обязывала каждого из участников в первом подходе выполнить одно подтягивание, во втором два и так далее пока состязание не выявит победителя, способного взять уровень не доступный соперникам. По мере выбывания, оставшиеся в игре, должны сильно, что специально оговаривается, шлёпнуть выбывающего товарища кедом по ягодицам. Наказание должно замотивировать участников если и не на победу, то хотя бы на борьбу с максимальной выкладкой «до конца», чтобы получить наименьшее количество ударов. В собственном детстве подобный способ стимулирования энтузиазма Исаев в целом одобрял, но теперь в этом ему чудилась какая-то недосказанная жестокость, что-то от наказания шпицрутенами, когда в строй лучше поставить не полдюжины экзекуторов, а человек сто, а ещё лучше восемьсот, чтобы уже наказать наверняка, достучаться так сказать.
Предоставив подопечных самим себе, тренер наконец обратил внимание на посетителя, настойчивым образом привлекающего к себе внимание.