Пальцы человека, дожившего едва ли не до столетнего рубежа, не имеют той гибкости и скорости, с которой можно непринуждённо переворачивать толстые листы картона с наклеенными фотографическими снимками. Поэтому-то Феохари и решил в одиночестве отыскать нужную страницу, дабы со своим тремором не позориться перед молодой девушкой. «Аристократ» - аттестовала старика помощница сыщика, правильно истолковав его долгую отлучку.
- Вот, Петров Степан, тёзка мой, - улыбнулся пожелтевшей и совсем уже увядшей карточке академик.
Палец старика указывал на чёрно-белое изображение пожилого, но всё ещё бравого мужчины. «Похож на нашего генерала, тоже, наверное, молодился из последних сил» - девушка невольно прониклась антипатией к глядящему с фотографии мужчине, который по нынешнему ранжиру без сомнений был бы зачислен в метросексуалы.
- Странная неприятность с ним произошла. Скандал, - Феохари неотрывно смотрел на изображение своего давно почившего товарища, - Я ни на секунду не поверил, что он кого-то там домогался, тем более силой. За ним постоянно ходила толпа восторженных поклонниц. Ему на это регулярно пеняли, грозили и даже чего-то там лишали, но Стёпу это не останавливало. Злоупотреблял он этой своей популярностью. Страшно любил выступать перед студентами, наряжался на лекции. В общем не нужно было ему ни на кого нападать. Он мог любой своей пассии оплатить и перелёт из Москвы, и договориться с вертолётом, чтобы её привезли в самый отдалённый посёлок. Мог и сам слетать домой на выходные, денег он не жалел никогда. В те времена к деньгам вообще было другое отношение.
- Так, а сам что, этот ваш товарищ, рассказывал?
В возбуждении девушка, не контролируя себя, подалась вперёд – сделала стойку словно легавая ищейка.
Старик вскинулся, собираясь срезать не в меру любопытную молодую особу, но окинув собеседницу взглядом, переменил решение – едва улыбнулся, расслабился.
- Ничего, пересуды он проигнорировал, а на прямые вопросы отвечать не посчитал нужным. Отстранить учёного-теоретика от его предмета практически невозможно, тем более пострадавшая так и не объявилась. Про неё только от самого Петрова и слышали, в самом начале, когда это случилось.
- Ну хорошо, а с травмой что? Было ли там нагноение какое, аллергия на холод, может быть, появилась?
Теперь пришёл черёд округлить глаза хозяину дома. Старик в явной растерянности принялся невпопад сыпать встречные вопросы «откуда, что, да как?», но быстро взял себя в руки и на некоторое время будто компьютер из юности Билла Гейтса, задумался, прекратив подавать признаки жизни. Электронно-вычислительные машины того времени, не имея мощных оперативных записывающих устройств, справлялись с объёмными задачами за счёт паузы в их исполнении и поиска нужной секции программы, которая не помещалась в оперативной памяти. Теперь Феохари в точности повторил фокус с виртуальной памятью и наконец «отвис»:
- Полагаю у вас случился похожий случай, и я не против послушать эту историю. Только не нужно мне говорить о тайне следствия, - старик выставил ладонь в пресекающем возражения жесте, - тем более мне, наверное, найдётся что вам рассказать в обмен.
Колебалась она не долго. Конечно же распространяться о ходе расследования, это непрофессионально, но истории Зобова и академика Петрова имеют подозрительно много общего. И возможно, свидетель тех давних событий поможет Исаеву преодолеть возникший кризис.
- Удивительная штука человеческое сознание! Вы знаете, в своё время я даже хотел всё бросить и заняться изучением физиологических механизмов психической деятельности мозга, - Феохари даже стал причмокивать, произнося трудно проговариваемые связки научных терминов. Впрочем, он ту же исправился, заметив тень, пробежавшую по лицу собеседницы, - Ну так вот, оказалось, что без вашего рассказа я бы поведал вам совершенно иную историю. Это называют аберрацией памяти, то есть ложные или скорее неточные воспоминания, в которых мозг выпавшие подзабытые фрагменты дополняет воспоминаниями из близких по времени событий. А вот теперь, извольте, я вам расскажу совсем иную версию нежели собирался.
У девушки совершенно натурально, физически, заныли давно и надёжно залеченные зубы: «Чёрт бы подрал этого зануду - образованные одолели!» Однако, в слух она высказалась иначе:
- Но, как быть, если и новый рассказ будет также далёк от фактических событий?