После того как Барышев представил племянниц, он провел презентацию гостя.
– Григорий приехал с юга. Будет жить у нас на время обучения в школе кадетов. Не обижайте парня. Ему сейчас нужна поддержка. Вы же знаете, какая у него была трагедия с родителями.
Девчонки закивали.
– Школа кадетов? – хмыкнула Настя. – Не гимназия ли аристократов-волхвов?
– Она самая, – подтвердил Барышев. – Пусть вас не удивляют амбиции Григория. У парня мощный дар. Господин Борисов чуть ли не с руками оторвал его у меня.
– Ого! – Настя стрельнула глазами, оценивая Гришку с ног до головы. – Будущий волхв в нашем роду? Дядя Кондратий, а почему мы раньше этого не знали? Какой клад, оказывается, прятался он нас долгие годы!
Барышев шутил, да он и сам не скрывал этого. Легкая улыбка на лице говорила о том, что хозяин особняка находится в самом прекрасном расположении духа. Приезд двух молодых особ способен расшевелить кого угодно.
Альбина категоричным тоном произнесла, что обед готов, стол накрыт на веранде. Богдан сразу же подхватил дорожные баулы девочек и без особого напряжения потащил их наверх. А Гришка поплелся следом за веселящейся компанией, и обед выдержал со стойким желанием побыстрее смыться в свою комнату. Девчонки все время о чем-то щебетали со своим дядей, и обычно хмурый Барышев даже расцвел, словно цветок в пустыне. Гришке даже неудобно стало, что он присутствует на семейном торжестве.
Его планам не суждено было сбыться. Сестры потащили его на улицу с какой-то целью, чего Гришка и опасался. Он помнил слова Барышева, что Настя является заводилой всех выходок в округе. И сейчас ее кошачьи глаза горели совершенно нездоровым огнем. Все втроем они ввалились на веранду, и Настя, оглянувшись, спросила:
– Ты на самом деле очень сильный волхв?
– Учусь, – пожал плечами Гришка и осторожно поглядел по сторонам. – Степень моего уровня еще не измеряли.
– А ты какой «стихийник»? На чем специализируешься? – не отставала Настя, за что получила тычок от младшей сестры, которой почему-то не понравилось ее поведение.
– Не знаю, – честно признался Гришка. – Я могу всего понемногу, но какой-то определенной специализации нет. Не определился. Кондратий Иванович надеется, что в школе мне «выправят» направление.
Настя при этих словах фыркнула, завертела головой.
– Можешь что-нибудь показать? Ну, пожалуйста!
– Мне запретили волхвовать на территории особняка, – стал сопротивляться мальчишка. – Видели напротив ворот автомобиль с тонированными стеклами?
– Да, стоял, когда мы подъехали, – кивнула Ольга и распахнула от удивления глаза. – За тобой следят?
Гришка важно кивнул. Ему пришла в голову идея сочинить какую-нибудь страшилку, чтобы надоедливая Настя отстала от него, но вид ошарашенной сестры изменил его решение.
– Уже несколько дней, – признался он. – Я запустил в фургон «жучка», чтобы он прослушивал все разговоры. Эти ребята из полиции. Им дали задание присматривать за мной. Куда хожу, с кем встречаюсь, о чем разговариваю…
– Почему они за тобой следят? – Настя села в кресло и вытянула свои ноги. Гришка отвел глаза.
– Не знаю. Просто теперь каждый день торчат в машине и пытаются слушать, что здесь происходит. Сотрудник-волхв не может ничего сделать, потому что я поставил фильтр искажений, – придумал на ходу Гришка, не желая раскрывать свои тайные способности. – Все разговоры забиваются, ничего понять невозможно.
– Грамотный специалист всегда сумеет найти противодействие, – высказала разумную мысль Ольга, и была права. Гришка сам бы так сказал, потому что любой фильтр можно взломать, вычленить разумную речь из шумового потока. Но не доказывать же девочке, что у него есть способность влиять на текущее время. Пусть ничего не знает.
Между тем он давно опутал ногу Ольги невидимыми энергетическими нитями, использовав чуточку своих возможностей, чтобы убрать некрасивую царапину с ноги. Младшая сестра что-то стала подозревать, изредка поглядывая на свою ногу, а то и почесывать место, где активно изменялись поврежденные ткани. Царапина должна исчезнуть через несколько минут, и Гришке нужно было как-то отвлечь Ольгу от созерцания ноги.
– А почему ты приехал сюда? – заинтересованно спросила Оля. – Разве у тебя нет более близких родственников на юге?