– Зачем вам оно? Я с незнакомцами не откровенничаю, – мальчишка немного расслабился. От этого Олега не исходили волны агрессии, но вот аура была необычайно знакомой: светло-зеленая, исходящая теплом. Где-то он ее видел, причем – недавно. И внезапно догадался. – Это вы все время ехали за нами от дома?
– Догадался! – рассмеялся Олег, почему-то довольный тем, что его разоблачили. – Молодец. А я не верил, что сообразишь.
– Пф… – фыркнул Гришка, убирая защиту. – Было нетрудно. Так кто вы такой?
– Давай присядем да поговорим, – предложил Олег, наконец отрываясь от березы. Он кивнул на поваленный ствол дерева, комель которого прятался в густых зарослях малинника, приглашая Гришку. Подросток с любопытством ждал, как поведет себя мужчина в такой ситуации. Не побоится замарать свои щеголеватые брюки? Ведь поваленное дерево было трухлявым, да еще поросло мхом. Замарается, небось. Однако, к его разочарованию, Олег вытащил из кармана пиджака газету, развернул ее и аккуратно положил на ствол. Потом с усмешкой сел на нее и приглашающим жестом показал Гришке присоединиться к нему. Пожав плечами, мальчишка примостился рядом. Молчание, повисшее между взрослым и подростком, прервал сам Олег. Он повернул голову и внимательно вгляделся в профиль Григория.
– Почему вы так на меня смотрите? – занервничал Гришка. – Если есть что сказать – говорите.
– Ладно, – покладисто кивнул мужчина. – Давай поговорим. Твоя фамилия – Прохоров?
Гришкины плечи ощутимо вздрогнули, и ему стоило большого труда не вскочить с бревна и не броситься к Амуру, чтобы увести сестер отсюда. Но он понимал, что на лодке далеко не проплывет. Этот Олег догонит их. Как-то же ему удалось перебраться на этот берег? Вероятно, на моторке следом примчался. Возможно, с сообщником, который сейчас может следить за сестрами. Прошляпил, да…
– Вообще-то Старицкий я, – как можно спокойнее ответил Гришка. – Вы напутали что-то, дядя.
– Ну, пусть будет так, не важно, – улыбнулся Олег. – Главное, что ты веришь в это. А я кое-что скажу тебе, Григорий Прохоров. Здесь я не случайно. Я наблюдаю за тобой очень давно и продолжу наблюдать столько времени, сколько понадобится. Так хотел твой прадед. А его волю нужно выполнить.
– Прадед? – Гришка напрягся. – Какой прадед?
– Твой настоящий прадед, Анатолий Архипович Назаров, – спокойно ответил мужчина. – Патриарх рода. Именно он дал наказ охранять тебя от ненужных встреч с нехорошими людьми. Ты ведь давно догадался, что Прохоровы тебе не родные? Чего глазами зыркаешь? Догадался, знаю. И Страж знает, и атаман Данилов тоже в курсе всех дел. У тебя есть кулон: свастика с рубином. Древний знак рода Назаровых. Ты же парень умный, давно об этой своей вещичке прочитал в Сети, сопоставил факты и сложил два и два.
– Допустим, – хмуро ответил Гришка. – Допустим, вы правы. Слишком много тайн вокруг меня. И эта Сила, которая таится во мне, не взялась ниоткуда. Наши станичные волхвы боялись, что я не смогу овладеть ею в полной мере, и решили отправить меня на обучение.
– Но ведь тебя готовили в первую очередь как диверсанта и агента по спецзаданиям? – улыбнулся Олег. – Я знаю принцип комплектования троек в Тайных дворах. Знаю даже твоих друзей, с которыми в будущем вы и составите эту тройку. Но, боюсь, тебе придется отказаться от этой идеи.
– Это почему? – возмутился Гришка, сам не заметив, как был вовлечен в разговор.
– Твой прадед потратил всю свою жизнь, чтобы в роду Назаровых был свой иерарх. И кажется, добился этого. Только потерял всех своих детей и внуков. Страшная плата за то, чтобы ты сейчас ощущал в себе мощь всех поколений. Осталось только передать тебе тайные знания, хранящиеся в недоступном для остального мира месте. Ты – носитель древней Силы. Именно из-за этого погибла твоя мать.
Гришка молчал, пришибленный неожиданными и пугающими словами. Да, он подозревал о чем-то подобном, но вот слова о настоящей матери большой кувалдой ударили по голове. Точнее, о ее судьбе.
– Почему я должен верить вам? – хмуро спросил Гришка, заметив, как на берегу появились Ольга и Настя. Сестры о чем-то оживленно болтали, подходя к переносной сумке, в которой лежали бутерброды и два термоса, с чаем и морсом. Отсутствия Григория они пока не заметили. Больше всего сейчас Гришке хотелось убежать подальше от странного мужика, рассказывающего такие вещи. А ведь он мог одним движением пальца обездвижить собеседника, но почему-то совершенно забыл о своих способностях. Потому что внутренне давно был готов к такому разговору.