– А по мне что видно? – Гришка, наконец, открыл глаза и посмотрел на собеседника.
Парень шестнадцати лет, с темно-русыми волосами, которые были собраны в аккуратную прическу, и со слегка округлыми скулами сидел напротив него и с насмешкой поглядывал на Григория. Пожалуй, его можно было назвать красавчиком, если бы не густая сыпь веснушек на лице и на обнаженных руках. Рукава клетчатой рубашки залихватски закатаны для демонстрации тугих мускулов.
«Мог и безрукавку надеть, – лениво подумал Григорий, даже не думая вставать и куда-то идти. – Лучше гляделся бы».
– Да лапоть и есть! – откликнулся незнакомец.
Внезапно музыка смолкла, и в уши заполз легкий гул сидящих за столиками людей. Рядом с Гришкой, чуть ли не изможденная танцами, упала Ольга.
Настя плюхнулась с другой стороны и потянулась к своему бокалу. И словно бы невзначай вытянула ноги.
– Привет, Дениска! – весело произнесла девушка. – А ты чего здесь забыл? Нашего братика на «слабо» пришел пробить? Вали отсюда, пока цел!
– Ха, Настюха, ты все такая же грубиянка! – не лез за ответом в карман конопатый Дениска. – Будешь защищать братика? А сам-то он – не мужик, что ли? Или магию свою применишь?
– Гриша, не обращай внимания на этого идиота, – зашептала Оля, чуть не вплотную прижавшись к его уху. – Он обычный заводила, на «слабо» берет, потом на разговор вытягивает. А там…
Она кивнула в сторону выхода. Небольшая группка молодежи с интересом смотрела на их беседу, но никаких действий не предпринимала. Просто ждали.
– Забыл, как ты от моей «паутинки» два месяца чесался? – нехорошо усмехнулась Настя. – Могу повторить. Хватит уже свои фокусы показывать! Всех нормальных парней от «Ориента» отбили. К вам уже никто носа не кажет, дебилы!
– Замуж заторопилась? – Дениска весело хохотнул. – В Албазине уже других мест нет, где мужика склеить?
– Вот урод! – Настя покраснела и поджала ноги. – Ты чего такого говоришь-то?
– Извинись, – спокойно произнес Гришка, понимая, что его «зацепили» через Настю. Как настоящий мужик, он должен был отреагировать, чего и добивался Дениска. Примитивная тактика, работающая на сто процентов.
– Да ладно тебе, – махнул рукой парень. – Буду я еще перед какой-то… кланяться…
Рука Гришки метнулась вперед, обхватывая шею Дениски, и резко дернула вниз. Лицо парня со стуком соприкоснулось с поверхностью стола. Хорошо, что пластиковой, а не деревянной. Но и этого было достаточно, чтобы из носа потекла кровь. Дениска взвыл, хватаясь за переносицу, но не мог поднять голову, потому что Гришка и не собирался убирать руку.
– За языком следи, идиот! – бесстрастно предупредил он нахала и снял руку с его шеи.
Дениска что-то промычал, прижав ладонь к носу. Настя кинула ему салфетку.
– Утрись, козел! Весь стол измарал своими соплями!
– Ой, что теперь будет! – прошептала Оля, бледнея. – Там же Серега Чураев стоит. Он еще тот зверюга!
Дениска, не говоря ни слова, встал с диванчика и, натыкаясь на чужие столики, побрел к выходу. Часть посетителей замолчала, а другая напряженно загудела, обсуждая ситуацию. Поморщившись, Гришка понял, что без драки сегодня не обойдется. Страха не было. Даже при численном превосходстве у них не останется шанса выйти победителями. Зря, что ли, Тагир и Арсений отрабатывали тактику боя «один против трех» или «один против толпы». Даже, бывало, специально науськивали станичных пацанов, чтобы те караулили каждого из учеников поодиночке и лупили их без всякой жалости. Только сейчас Гришка понял, как правы были наставники, не слушая жалоб своих подопечных. «В жизни все пригодится, – говорили они. – Настанет такой день, когда придется отбиваться от ошалевшей и жаждущей над тобой расправы толпы. Может быть, это будут обычные работяги или блатная шушера с финками, а иной раз придется столкнуться с матерыми наемниками. А вы будете одни, со своим умением выкручиваться из любой ситуации. Потом еще спасибо скажете».
– Да ладно вам, – успокаивающе произнес Гришка и перехватил тонкое запястье Оли, чувствуя дрожь жилки. – Ничего они мне не сделают. Пугнут, чтобы я здесь больше не появлялся. А кто такой страшный Серега? Местный авторитет среди пацанов?
– Да ну его, – махнула рукой Настя, озабоченно поглядывая на Гришку, видимо сравнивая комплекцию «кузена» и того самого Сереги. – Скорее, заводила, а не авторитет. Авторитет на Второй Купеческой – дядя Семен Белояров, золотопромышленник. Он и в городской Думе состоит, и в различных мероприятиях участвует. Меценат. Что скажет, то весь район и будет исполнять. А Серега – хулиганье местное. Хочешь, Гриш, я переговорю с охраной, нас через черный ход проведут? Здесь так-то драк не допускают. У бармена есть «тревожная кнопка», сразу околоточный прискачет, наряд вызовет.