– Не отходи от меня далеко!.. – негромко сказал мне Коннел. – На всякий случай.
Тоже мне, защитник нашелся! Это, конечно, благородно с его стороны, да и я совсем не против услышать подобные слова поддержки, но в сложной ситуации каждому из нас все же стоит рассчитывать только на свои силы. И все же я, пожалуй, буду находиться рядом с этим человеком – он прав, сейчас надо держаться вместе.
Вот и оно, темное отверстие в скале. Хм, а ведь Коннел был прав: площадка перед нешироким полукруглым входом заметно вытоптана, и вряд ли это сделали животные. А еще я заметила возле небольшого куста, росшего неподалеку от входа, мелкие черепки от разбитого глиняного сосуда. Без сомнений, здесь обитают люди. Что ж, вчера сюда ушли святые отцы, и не вернулись, а сейчас мы вынуждены войти в эту пещеру, чтоб отыскать пропавших людей. Вопрос в другом: кто (или что) нас ждет за этим полукруглым входом? Понятно, что без постоянной охраны вход никто не оставит, так что стоит быть готовым к неожиданностям.
Задержавшись у входа на пару секунд, Павлен шагнул внутрь, а за ним последовали и мы. Надо признать: для того, чтоб сделать этот шаг, мне пришлось преодолеть внутреннее сопротивление, и хорошо, что этого никто не заметил.
Не знаю, что я рассчитывала увидеть внутри, но пока что мы шли по обычной пещере, какие иногда встречаются в горах. Передвигались мы осторожно, смотрели, куда ступаем – тут возможны любые сюрпризы!, да и по сторонам постоянно оглядывались, хотя ничего подозрительного пока что не замечали. Без сомнений – место было обитаемым, хотя никто из здешних жителей не показывался нам на глаза.
Вход оставался все дальше, вокруг становилось все темней, и через какое-то время нам пришлось зажечь один из тех факелов, которые мы соорудили незадолго до того, как отправиться в эту пещеру, однако я была почти уверена в том, что уж очень долго идти нам не придется. Почему? Да просто вряд ли те, кто здесь живет, будут совершать долгие проходы в полной темноте, ведь за все это время я не увидела на своде пещеры пятен от копоти, а они наверняка бы образовались, если б здешние обитатели пользовались факелами. Конечно, вполне может оказаться и так, что живущие здесь люди видят одинаково хорошо как при свете дня, так и в полной темноте, но в этом я что-то крепко сомневаюсь.
Мы прошли еще немного, и внезапно сзади до нас донеслось чье-то тяжелое дыхание. Оглянувшись, мы едва ли не застыли от ужаса – там, из темного коридора, к нам приближалось самое настоящее чудовище, во всяком случае, ранее такой страшной твари я не видела, и даже не могла представить ничего подобного. Огромный, упирающийся головой в свод пещеры зверь с чешуйчатой кожей, покрытой костяными шипами, походил на порождение ночных кошмаров. На его широкие лапы с длинными когтями было страшно глядеть, но куда более жутко смотрелась приоткрытая пасть невероятных размеров – не знаю, как другие, но когда я увидела длинные острые зубы чудовища, едва ли не сплошь покрывающие громадные челюсти, то меня объял даже не страх, а самый настоящий ужас. Понятно, что против такой зверюги мы ни за что не выстоим, и пускать оружие в ход тут бесполезно – тварь просто-таки смахнет нас всех своей громадной лапой. Откуда же появилось здесь это страшное создание?..
Впрочем, сейчас было не до того, чтоб думать о постороннем, тем более что раздался сдавленный голос Якуба:
– Бежим!
Два раза повторять никому не пришлось, и мы бросились вперед по коридору. Надо же, Коннел схватил меня за руку, и тащит за собой – он что, боится, что я отстану или упаду? На бегу я оглянулась: как и следовало ожидать, чудище не думало бросать свою возможную добычу, то есть нас, и потому было понятно – наше спасение заключается только в скорости, хотя стоило вспомнить приоткрытую пасть чудовища, утыканную острыми зубами, как хотелось бежать еще быстрее. Только бы не погас факел в руках Якуба, а не то нам придется и вовсе плохо!