– Спасибо, со мной все в порядке. Считайте, что я свежа, как утренняя бабочка, точнее, уже вечерняя. За день намахалась крылышками, и теперь жду того приятного момента, когда их можно сложить, и уснуть на цветочке. Вернее, на можжевельнике.
– Приятно слышать... – отец Витор снова чуть улыбнулся.
– Ну, может и не очень приятно, потому как с чувством юмора у меня что-то не очень, ляпаю невесть что... – вздохнула я. – Особенно после сегодняшней дороги. Поговорим лучше о вас. Знаете, я немного разбираюсь в медицине, и потому хотела бы осмотреть место, куда вас случайно ударил брат.
Если честно, то я и сама не знаю, как решилась сказать подобное. Просто инквизитора рядом нет, и потому можно надеяться, что мое предложение не вызовет особых возмущений.
– Не надо, у меня уже почти ничего не болит!.. – надо же, у отца Витора даже улыбка пропала.
– Тогда в этом надо просто убедиться.
– Не стоит!.. – отец Витор чуть ли руками не замахал. – Говорю же, что у меня все прошло!
– А вот я считаю, что госпожа Арлейн права, и ей можно разрешить вас осмотреть... – внезапно подал голос отец Арн. Хм, вот уж от кого никак не ожидала помощи – так это от него! Всегда считала, что этот человек меня всерьез недолюбливает. Судя по всему, его тоже беспокоит то, что отец Витор то и дело невольно прикладывает руку к животу.
– А я говорю – не надо!.. – ого, а в голосе отца Витора появились металлические нотки. Более того – я не желаю слышать разговоров на эту тему!
Надо же, а ведь, невзирая на монашеское одеяние и видимое смирение, в случае необходимости отец Витор может быть довольно жестким человеком. Ого, какой сильный голос, я от святого отца ранее ничего подобного не слышала! Ну, для короля это, разумеется, неплохо, а вот для заболевшего бедолаги подобное поведение крайне нежелательно. Ох, видимо, придется мне применять те же методы убеждения, которыми я когда-то (кажется, это было немыслимо давно!) уговаривала мужа принять лекарство или дать себя осмотреть очередному лекарю. Тут иначе нельзя – к заболевшим людям нужен особый подход.
– Отец Витор, уж вы простите меня, грешную, но я открою вам секрет: как бы мне того не хотелось, но я не намерена тащить вас в ближайшие кустики для... хм, хм... скажем так, детального осмотра наедине и без свидетелей. Обещаю вам, что сейчас все будет чинно и благопристойно. Если же мне придет в голову покуситься на что-то большее, и вы будете не против подобных безобразий, то, увы, отец Арн быстро и в доходчивой форме разъяснит нам обоим всю глубину возможных заблуждений. Что же касается господина инквизитора, то мы ему, как строгому ревнителю чистоты и непорочности, ничего не скажем! Сами подумайте – зачем его расстраивать?
Надо сказать, что отец Витор никак не ожидал услышать от меня подобное, и потому невольно рассмеялся. Так, кажется атмосфера немного разрядилась, потому как ситуация представлена в немного шуточном свете, и теперь святой отец вряд будет настаивать на своем. Что же касается отца Арна, то он посмотрел на меня, словно на коварную растлительницу малолетних, которой самое место на каторге, но ничего не сказал.
– Ладно... – отец Витор подавил очередной смешок. – Отдаюсь в ваши руки, особенно если вы так настаиваете!
– Мучить мужчин – это мое любимое занятие, и вот как раз этим мы сейчас и займемся!.. – я вновь не удержалась от подковырки. – Так, отец Витор, поднимайте одежду... Ну-ну, не пугайтесь, мне нужен только ваш живот, а не что-то иное. Говорю же – я женщина честная, в глубине души даже порядочная, и не склонная к проказам и неуемному баловству...
Отец Арн с трудом удерживал возмущение, а отец Витор – смех, пока я осторожно исследовала пальцами плоский живот отца Витора, спрашивая, болит ли в местах нажатия пальцами. Затем проверила пульс, потрогала лоб... Кажется, обошлось.
– Вот и все, а вы боялись! Говорю же – я не кусаюсь, во всяком случае, по вечерам... Так вот, отец Витор, должна сказать, что вы получили довольно сильный удар по печени...
– Это опасно?
– Само по себе подобное может быть достаточно серьезной травмой с непредсказуемыми последствиями, но могу вас успокоить: по счастью, ничего особо страшного с вами не произошло, хотя и хорошего мало. Дня два-три печень будет болеть весьма ощутимо, да и потом какое-то время болевые ощущения дадут знать о себе, но тут уж ничего не поделаешь, вам придется это дело перетерпеть. Конечно, для быстрейшего излечения вам бы следовало несколько дней полежать в тишине и покое, но, боюсь, пока что сие для нас совершенно недоступно.